Он только хотел ненавязчиво так спросить, что Лиля делает сегодня вечером, но она свернула к голубому «Москвичу», стоявшему под красным развесистым кленом.
Родион не раз видел эту машинку раньше и втихомолку завидовал тому папенькиному сынку, который приезжает в институт на авто. И вдруг оказывается, что это не папенькин сынок, а папенькина дочка! И какого папеньки…
Он аж присвистнул от изумления:
– Ни фига себе!
Лиля даже не глянула на него. Видимо, настолько привыкла к таким восклицаниям, что и внимания на них не обращает.
И, что характерно, ведет себя так, словно начисто забыла ту историю в парке. Рассыпаться в благодарностях явно не собирается. Вот сейчас сядет – и уедет.
Ну, нет! Она еще не знает хватку Родиона Камышева!
– А если не секрет, – с вызовом спросил Родион, – кто вам сегодня цветы подарил?
Ага! Взглянула! Озадачилась.
Нестандартный вопрос, а как же, на том стоим!
Но он рано радовался.
– А вам что за дело? – холодно спросила Лиля. – Вы что, уже влюбились?
– Представьте, да! – выпалил Родион.
Лиля и бровью не повела! Понятно – таких признаний она слышала переслышала, привыкла к ним и просто не обращает на подобный треп внимания.
Села за руль, потянула на себя дверцу, однако Родион успел придержать ее.
– Жалко, – сказал со вздохом.
– Что жалко? – неприветливо покосилась на него Лиля.
– Что вы уезжаете…
Лиля фыркнула:
– Что, намекаете, чтобы я вас подвезла? Как защитника?
Ага! Все же помнит!
– А почему бы и нет? – усмехнулся Родион.
– Ну садитесь! – согласилась Лиля.
И улыбнулась.
Ну… Это уже много!
– С удовольствием! – Родион открыл было заднюю дверцу, но спохватился: ну и дурак… – и, обежав «Москвич», сел рядом с Лилей:
– А музычку можно?
Она включила радио. Эх ты, песенка как по заказу!
Родион замурлыкал вслед за певцом:
Эх, отличная песенка – «Королева красоты»! Голосина у Магомаева, конечно, бесподобный, но уж слова… До чего точные слова будут там, дальше:
А я одной тобой любуюсь,И сама не знаешь ты,Что красотой затмишь любуюКоролеву красоты![3]Правда, допеть не удалось – Лиля покосилась на Родиона и тихо сказала:
– Не надо на меня так смотреть.
Он улавливал малейшие оттенки ее голоса, легкие, как дуновение.
Запрет? Да. Но не злой. А как бы… испуганный!
Она нервничает… И это отлично!"
"– Я вас нервирую? – задорно спросил Родион.
– Нет.
Ага, конечно нет! Разве она скажет – да? Вот и хорошо, что не скажет, это испортит такую интересную игру!
– Просто я не люблю, когда на меня так смотрят.
