Устал?
Он вздохнул:
– Не сплю ни черта… Благодаря, между прочим, дочуне… твоей и моей! Очередную блажь вбила себе в голову!
Тася смотрела непонимающе.
Говоров поднялся, нервно зашагал по кабинету:
– Я думал, через пару дней домой вернется. Не выдержит в этой общаге! Так нет!
Он нервно схватил со стола нож, осмотрел его внимательно, сам не зная зачем, и швырнул обратно:
– Да… Ладно, дам ей еще неделю… нет, две! Пусть нахлебается сполна! Потом разгромлю эту богадельню – и поганку домой верну. А то, чего доброго, еще замуж выскочит!
Тася смотрела на него, слушала, но ничего не говорила.
Выдохнул и яростно продолжил:
– Упертая! Характер все показывает!
– И в кого это она, интересно, такая? – насмешливо спросила Тася.
Говоров покосился было бешено, вздернул голову… потом пожал плечами, усмехнулся:
– Ну… да!
* * *Последнюю стипендию Родион получил в прошлом месяце, и от нее уже давно помину не осталось. Он вообще тратил деньги не считая! Однако Лиле стипендия не полагалась: конечно, круглая отличница, но из очень состоятельной семьи, а стипендии распределяли в первую очередь малоимущим.
О том, что она теперь уже не принадлежит к этой очень состоятельной семье, Лиля, понятное дело, деканат в известность не ставила.
Чтобы выжить, Родион ночами разгружал вагоны. Это был очень популярный «калым» не только среди студентов, но и среди других горожан, которым нужно было подработать. Само собой, крепость мышц и спин считалась обязательной: «мямлики-зяблики» и одной ходки с тяжеленными мешками не выдержали бы, не то что шестьдесят – семьдесят, как делал за ночь Родион.
Он был сильный, проворный, упорный, он знал, что у него теперь жена, которую надо кормить… Честно говоря, первое время, возвращаясь в общежитие, он надеялся встретить в своей комнате не только жену, но и тестя, который не выдержал разлуки с любимой дочкой и явился умолять ее вернуться под отеческий кров… разумеется, с супругом!
Однако явление тестя пока задерживалось. Михаил Иванович Говоров оказался на редкость упрям!
Ну что ж, Родион Камышев тоже отличался редкостным упрямством, а также терпением.
Он поймал свой миг удачи и не сомневался, что рано или поздно эта удача Жар-птицей засияет в его руках!
Не сомневался еще и потому, что Лиля была так влюблена, так ласкова и заботлива! Ничего, что денег у них порой хватало лишь на две картофелины к обеду, да к чаю – хлеб с вареньем из старых, деревенских запасов Родиона, и что варенья этого осталось всего полбанки.
