Чужой муж (СИ)

— Ну что ты, Наточка, девочка моя, — сорванным от эмоций голосом прошептала мама, — Всё будет хорошо, мы так ждали тебя…

— Мама, я тебя так люблю, — жарко шептала ей в ответ, не желая отстраняться, мечтая навсегда остаться рядом с ней. Она залечит все мои раны, погладит по голове, утешит, примет любой…

— И я тебя, доченька, — улыбаясь, она разорвала наши объятия, присматриваясь ко мне, — Похудела как… Девочка моя, ни один мужчина не стоит этого.

— Легче сказать, — вытирая щеки и тоже улыбаясь через силу, проговорила я, — Мам… Я не знаю, как дальше жить, что делать.

Мне страшно. Лёша был первым и единственным, я даже не могу представить, что меня еще кто-то трогать будет, не говоря о более близких контактах, да Боже, мне все противны вокруг.

— Это пройдет, — взяв меня за руку и погладив, утешала мама, — Сейчас всё ещё очень свежо в твоих воспоминаниях, но со временем появится человек, которого ты впустишь в свое сердце.

— Думаешь? — хмыкнув, уточнила, особо не чувствуя просвета в моей кромешной тьме.

— Уверена, — кивнула серьезно она, — У меня папа твой тоже второй муж. Сейчас оглядываясь назад, думаю, какая я глупая была, что терпела к себе такое отношение, что боролась за того человека. Поверь, твое от тебя никогда не уйдет и не предаст, значит Алексей просто не твой мужчина.

— Скорее всего, — не стала с ней спорить, полагаясь на ее жизненный опыт.

К дому родителей мы поехали на автобусе, сидели рядышком и просто молчали.

Положила голову на плечо мой мамы и впустила в сердце тепло и свет, стараясь развеять образ Алексея.

Папа был еще на работе, поэтому без стеснения рассказала ей всё. При отце я не могла этого сделать, просто стыдно было перед ним. Мама слушала, качала головой и периодически плакала.

— Какой же он дурак, Наташ, — смотря в одну точку, проговорила заторможенная мама, — Он же любит тебя, и такое натворил. Ведь и сам счастлив не будет и тебе столько боли…

— Почему не будет? — не согласилась с ней, — Как он говорит, его там любят, в рот заглядывают, наследника родить хотят…

— И ты слушаешь? — повеселела мама, присматриваясь ко мне, — Это всё от слабости и беспомощности.

Нужна была бы ему эта девочка, давно бы убежал, не удержать было бы, а тут он сам этого счастья не хотел, но попался.

— Что значит не хотел? — не поняла ее, — Целенаправленно шел, изменял, лгал мне.

— Я и говорю, дурак.