Чужой отбор, или Охота на Мечту. Книга 1

Всё, что его сила может — вредить людям, причинять боль. У-убивать. Говорят, он служит королю и ловит преступников, но он сам… хуже многих из них. Что его тёмная магия — как отрава, что он может выйти из себя и пытать любого, кто ему не понравится. И он… конечно, не мог бы раскрыть мою квелья. Только забрать. Впрочем, даже это не важно — меня просто бросало в дрожь от мысли, что я проведу с ним час наедине, а не остаток жизни”.

Я сама не заметила, как сложила руки на груди.

Признаться, от такой рекламы господина инквизитора даже мне захотелось нырнуть под одеялко и спрятать пятки.

Особенно если вспомнить, что я сегодня этому типу говорила! Всё и правда так плохо? Айли можно было не переспрашивать, поэтому я попыталась вспомнить, как на его штрашнейшество реагировали другие.

В общем-то, можно сказать, что его побаивались. Невесты на шатена вешались явно не в том количестве, что на Сокола, но всё же на первом приёме ему улыбались. Может, боялись попасть в его немилость и список будущих жертв? Или они просто отчаянные и им не важно, с кем жить под золотой крышей и кому периодически отдавать супружеский долг?

С другой стороны, репутация — странная вещь.

И ещё мне вдруг вспомнились слова шатена: Мечта не выбирает, в ком пробудиться. Показания расходятся?

— То есть, он у вас что-то вроде местной страшилки?

“Он злой, Марьяна”, - повторила Айли.

— И ты… что, сказала ему об этом?

Голосок в голове затих, словно подбирая слова.

“Я просто испугалась. Первое время даже не помню, что говорила — язык не слушался от страха.

Помню, что его посадили за наш стол, напротив меня. И он так смотрел на меня, что я не могла ни есть, ни пить. Просто не верила, что Дэя… что это всё по-настоящему! Потом он пробыл у нас ещё три дня. И вёл себя всё хуже и хуже. Я не понимаю, почему. А потом… я подошла к нему и предложила… может быть, отказаться от меня.”

Ого. То есть, она пыталась по-хорошему отнять кость у Цербера?

— Как?

“Я… пыталась объяснить, что это всё ошибка и не моё решение. Что мы не сможем друг друга полюбить, и если у него есть хоть капля жалости, просила, чтобы он понял и не мучил меня”.

Попробуем зайти с другой стороны. Наверное, это всё же не очень приятно — когда бедная аристократка воротит нос от тебя, всего такого дружного с королём и не лыком шитого.

Но ведь не настолько, чтобы хватать её за горло?

“Тогда мне показалось, что он разозлился пуще прежнего. Назвал меня лицемеркой”.

Приехал, запугал девчонку, получил пару неприятных слов в ответ.