Чужой отбор, или Охота на Мечту. Книга 1

Каждый второй считает, что квелья достаётся нам от высших сил за наши заслуги. Моя любимая чушь. Будь это так, Альдрик и министерство уже выращивали бы себе толпами нужных женщин и мужчин, готовых облагородить Талрон. Но вместо этого мы ищем себе пары как ловцы жемчужных рыб в море.

И моя оказалась примерно с таким же интеллектом и норовом.

Откуда это берётся в них, в женщинах? Девчонке же восемнадцать. Сидела себе, всю жизнь прозябала в нищете, и лучшее, о чём могла мечтать — что какой-нибудь купец соблазнится её именем и даст ей не протекающую крышу над головой.

Но когда узнала о своей квелья, сразу захотела в королевы. Услышала близкий звон денег и теперь вовсю рассуждает, кто её достоин, а кто нет.

Я всё задавался вопросом: неужели ей невдомёк, что одним даром ничего не изменишь? Что в высшем свете её блеяние даже не услышат, а такие как Гарлен быстро покажут ей расклад? При мысли о щенке руки сжимаются, внутри гудит. Но я стараюсь забыть о нём — буквально ещё на пять минут.

Девчонка.

Когда она сбежала, когда я узнал, куда — почувствовал себя таким идиотом, как никогда раньше. Она действительно ломала комедию, тянула время, заставила меня задаваться дурными вопросами, а потом выпорхнула прочь, когда я не ждал от неё ни капли смелости. Я собирался приволочь её обратно. Показать ей монстра, которого она хотела видеть.

Но лицемерная недотрога меня переиграла. А потом было ещё неожиданней.

Словно она за день сбросила тут свою овечью шкуру и стала вести себя совершенно иначе.

Я знал, что она лжёт, что пытается выбить себе цену получше и просто хочет найти покупателя. Но если честно, совсем не ожидал, что под слоем фальшивой непорочности внезапно покажется почти… нормальное лицо.

Что она вдруг заговорит как далеко не глупая женщина. Начнёт смотреть в глаза мне, Гарлену, всем подряд — и решит отвечать за свои поступки. Выдержит удар вроде сегодняшнего, от которого у меня сводит пальцы. Эти её блестящие глаза пять минут назад, в них не было ничего от идиотки, которая рыдала передо мной напоказ.

Совершенно другая, тени меня дери, женщина.

Она взяла мою квелья и вместо слов раскаяния выдала мне тираду про любовь. Злит до боли в зубах и одновременно ошарашивает — потому что я привык чуть лучше разбираться в людях. Потому что восемнадцатилетняя девственница обвела меня вокруг пальца. Пора возвращать кулон инквизитора Альдрику или хотя бы признать, что попытки жениться делают из меня последнего идиота.