Чужой

Медленно оттянул затвор, кажется, я даже звук досылаемого патрона услышал, и поднял руку, приставляя ее к моей голове.

– Вот и все, партизан! Думал, мы не раскусим тебя? Ошибаешься. Что, страшно? – он упивался своей властью над избитым человеком."

"– Нет, – качнул я головой, – не страшно. Стреляли уже. Если внимательно смотрел, то у меня шрам через всю голову, вообще-то. Так же в упор стреляли. Только большевик какой-то неловкий попался, не пристрелил, – я чуть склонил голову, чтобы палачу лучше видно было.

А затем посмотрел ему прямо в глаза. А он ведь ссыт! Вот ей-богу, боится, от того и злой как черт. Он думал, я тут кипятком писать буду, а мне пофиг уже, устал, год назад я бы в штаны навалил, а сейчас… – Стреляйте же, вы ведь только это и умеете, на передовой-то хоть раз бывали? – И он выстрелил. Но куда! Пуля прошла так близко к моей голове, точнее к уху, что, кажется, даже задела меня. Больно не было, скорее всего, не задела, но черт, это было страшно.

– А вы молодец! – вдруг услышал я и поднял глаза.

Эсэсман уже убирал пистолет в кобуру и снимал перчатки. Протянув мне руку, уж не знаю для чего, тот улыбнулся. – Вы должны понимать нас, обер-лейтенант. Партизаны обнаглели всерьез, мало ли, вдруг они вас завербовали? Экспресс-допрос был попросту необходим. Да и столько развелось драпальщиков… То потеряли часть и ищут, то еще что-то. А у нас приказ, жесткое дознание и… Приношу наши извинения. – О как. Но я еще поиграю в эту игру, раз уж так вышло. Я слишком много пережил, чтобы вот так вдруг стать серой мышкой.

– Свои слова о сатисфакции я не заберу назад! – строго сказал я.

– Дуэли запрещены фюрером, вам ли этого не знать. Но если вы хотите, я к вашим услугам. Что предпочитаете?

– Кулачный поединок, – выдохнул я. – Только он может заставить одного человека уважать другого.

– Я к вашим услугам! – ухмыльнулся лейтенант. Он думает, что легко сломает забитого и почти расстрелянного солдата?

– Утром. Или вы рассчитывали побить меня прямо сейчас, не давая мне отдохнуть? – Его солдаты стояли рядом и все слышали.

Если он не согласится на мои условия, потеряет авторитет.

– Хорошо, – кивнул лейтенант, – в восемь утра вас устроит?

– Вполне. Я могу рассчитывать на скромный ужин? Или это не в ваших правилах?

– Не пытайтесь вывести меня из себя. Конечно же, вас накормят и окажут медицинскую помощь. Ступайте к себе в палатку, солдаты вам помогут. Ужин принесут прямо сюда, никуда ходить не придется.