Чужой, плохой, крылатый

— Спи крепко, моя девочка, — наклонился он к её лбу, осторожно убрал волосы, прикоснулся губами. — Боль пройдёт. К утру всё будет хорошо.

Он проскочил на чердак по дому так же незаметно, как и пришёл. Но взлететь незаметно из окна, к которому было обращено столько лиц, при всём его желании не сумел бы.

Бесс взметнулся чёрной крылатой тенью в небо.

И услышал то, что слышал не раз на протяжении долгих и долгих веков:

— Что это? Демон? Это же демон! Смотрите, демон! Демон!!!

Глава 9. Анна

— Демон — это полубог или существо, занимающие промежуточное место между людьми и богом, способное оказывать влияние на жизнь и судьбы людей, — прочитала Анна вслух выдержку из книги.

Эти книги хранились в старой отцовской библиотеке, но он всегда держал их под замком. Не потому, что они были запрещены, напротив, их писали учёные и благоверные мужья, уважаемые и глубоко верующие люди: монахи, знаи, эдэлорды, скуллорды, просто содержание их трудов было не предназначено для детских глаз.

Анна отложила одну, взяла другую книгу.

— Демон — это неуспокоенный дух, не столько злобный, сколько страдающий, снедаемый внутренний жаждой, не нашедший успокоения ни в этом мире ни в ином, но при этом гордый и сильный, не признающий правила, надменно и величественно презирающий законы обоих миров.

Ночное происшествие, о котором Анна узнала утром, никого не оставило равнодушным. Все только и говорили: ""Демон, демон, демон!"" Но кто он какой этот демон, никто толком объяснить не мог.

"Разложила книги на большом письменном столе, водила пальцем по строкам и задумчиво смотрела на рисунки, что изображали демона с рогами и без, с когтями или копытами, с человеческим лицом или безобразно страшным полузвериным оскалом, но все рисунки объединяло общее: крылья и мускулистое тело, что Анна назвала бы даже красивым.

Один рисунок особенно ей понравился. Даже взволновал.

И не только наготой, хотя, краснея и озираясь, как бы кто не вошёл, она с интересом и поразглядывала всё, что там понарисовали.

И даже не тем, что демона изобразили не разъярённым быковатым громилой, а гибким изящным мужчиной с рельефными мышцами.

А глазами. Искусный художник нарисовал их горящими, красными как раскалённые угли, но при этом отразил в них столько муки и страдания, словно это красивое тело и само рвали изнутри на части ведомые ему одному демоны.