Мы не подглядываем и…
Мужчина задумчиво замолчал. Нахмурил лоб, о чем-то размышляя. И мне очень не понравилось выражение лица горгула… Очень…
— А знаешь… Я тут подумал… А чего плану пропадать, правда? — на меня оценивающе посмотрели.
Мне стало нехорошо. Я попыталась вырвать свою руку и сбежать. Но клыкасто улыбнувшись, отчего я поперхнулась воздухом (у людей клыков по три сантиметра каждый не бывает!), меня схватили за руку и вытащили из зала, как воздушный шарик за ниточку.
Широко шагая, горгул тянул меня за собой, довольно что-то насвистывая.
Я же больше скользила по натертому полу, пытаясь затормозить. Не хочу я!
— Послушай… те! Это плохая идея! — попыталась я достучаться до разума, совести или хотя бы остатков мифического благоразумия этой белой махины.
— Это отличная идея. Мы… — горгул осекся, резко затормозив.
Я врезалась в него и не сразу поняла, почему произошла остановка. А когда поняла…
Над рукой, что сжимал мужчина, закручивался серебристый вихрь. Такое дежавю испытала, когда из снежного смерча высунулась недовольная драконья мордашка.
Дракончик крайне неодобрительно посмотрел на сжимающие мое запястье белые пальцы, даже зубы ощерил явно намереваясь куснуть и… застыл.
Замер, словно что-то услышал. Маленькие ушки дергались. А глаза вдруг затянулись чернотой. Оскал стал угрожающим. Послышалось яростное шипение.
Миг и дракончик стрелой метнулся за поворот коридора.
— Откуда у тебя Гольдж?! — недоуменно воскликнул страж.
— Куда он?! — одновременно с ним воскликнула я.
Переглянулись и поспешили за серебристым дракончиком.
Коридор… коридор… лестница… коридор…
Когда дракончик замер перед закрытой дверью, я обрадовалась. Не хватало еще потерять духа-хранителя Ириара!
Дракончик, нервно дергая крыльями, завис напротив двери.
— Гольд… — закричала я. Но мне шустро закрыли рот белой рукой.
Страж мотнул головой и, дождавшись от меня понимающего кивка, отпустил. Взяв меня, как куклу, отнес к двери, совершенно бесшумно ступая. Поставил и стал нагло подслушивать.
Я схватила серебристого дракончика и прижала к себе.
Выдохнула. А потом… невольно тоже стала прислушиваться. Разговор был… странным.
— … сам виноват. Я тебе даже бумаги организовал. А ты не справился…
— … Все получилось! Но она не отвечает…
Второй голос мне показался знакомым и я, хмурясь, стала прислушиваться сильнее.
— … Твои проблемы. Она мне нужна, но ты… Приберись тут, — сухо приказал мужской голос.
Потом наступила тишина.
Недоуменно посмотрела на горгула.
