Contra spem spero

Этой заправки не было раньше, автоцентра «Ситроен» — тоже, таксопарк тут размещался…. О, а моя общага всё та же! — Оглядевшись вокруг, Одиссей спросил аккуратно притормозившего вслед за троллейбусом шефа: — Дмитрий Евгеньевич, мы вообще куда едем?

— Тогда вам надо сейчас за стадионом повернуть направо, на Кирова — а там сразу за зданием исполкома СНГ вывернуть налево, и будет вам Комсомольская. Можно, конечно, и с проспекта повернуть направо, но это мы лишний километр прокатимся.

— Хорошо, так и сделаю! — Подполковник перестроился в крайне правую полосу, повернул на Кирова и далее поехал так, как только что посоветовал его спутник.

С трудом припарковавшись меж древним «мерседесом» с могилевскими номерами и свеженькой тёмно-синей «маздой» на «транзитниках», Левченко повернулся к своему пассажиру и сказал:

— Саня, мы сейчас тут в одну квартиру поднимемся — ты постарайся ничему не удивляться.

— Яволь. Что мне там нужно будет делать?

Подполковник пожал плечами.

— Сообразишь по ходу разговора. Что ты будешь говорить — это не очень важно, важно, что ты — живой свидетель того, что Тевзеев всего несколько дней назад был совсем не Тевзеевым…. Уловил?

Одиссей почесал затылок.

— Право слово, что-то больно мудрёное вы тут замутили, Дмитрий Евгеньевич….

Они подошли к подъезду старого, сталинской постройки, четырехэтажного дома; Левченко набрал номер квартиры, и уже на втором звонке в микрофоне раздалось скрипучее «Дверь открыта!».

Они поднялись на второй этаж — дверь в нужную квартиру оказалась действительно открытой, более того — у неё стоял средних лет мужчина в тёмно-серой куртке, ироничным взглядом встретивший Левченко и новонаречённого гражданина Белосельского.

— Опаздываете, москвичи! Будете арию столичного гостя петь? Заблудились, пробки, энтузиазм населения?

Левченко решительно кивнул.

— Будем! Для вашего узника кое-какую информацию в последнюю минуту нашли…

Страж ворот улыбнулся.

— Причина уважительная. Милости просим! — и распахнул дверь.