Cудья и палач

Маскарад удался – свидетельство тому дурашливая физиономия частника.

А как он мог не удаться, когда у нее такой богатый опыт перевоплощения. У нее талант по этой части. Если бы хватило терпения, она бы и сейчас продолжала играть в свои опасные игры. Но она уже привыкла к спокойной и обеспеченной жизни. А за нее, оказывается, нужно побороться.

Виталий все больше охладевал к ней. Ни в чем это не выражалось, но женское чутье обмануть нельзя. Тем более это нельзя было скрыть от Аллы, с ее змеино-лисьей сущностью.

Виталий продолжал угождать ей.

Начал строить особняк на берегу Глубокого озера. Хорошо начал. За первые два месяца рабочие вывели фундамент, выложили первый этаж. Но затем темпы строительства резко замедлились. И Алла почуяла неладное.

Она знала, что у Виталия была интрижка с секретаршей. Только эта красотка с ангельскими глазками работала у него недолго. Виталий ее уволил.

Алла первой узнала об этом. Она не осуждала мужа. Подумаешь, девку себе завел, чтобы расслабиться. Одну прогнал, другая появится.

Должен же кто-то ублажать его как мужчину.

Сама она его не удовлетворяла и отдавала себе полный отчет в этом.

Постель с ним не приносила ей удовольствия, и она избегала интимной близости под любым предлогом. Хотя, конечно, раз-два в месяц ложилась под него. Но этого было мало. И неудивительно, что Виталий свернул на сторону.

Да и пусть гуляет. Лишь бы только всерьез не увлекался своими пассиями.

Но, похоже, его пристрастие зашло слишком далеко.

И вот Алла идет по следу гуляки-мужа.

Джип Виталия остановился во дворе нового двадцатичетырехэтажного дома, возле первого подъезда. Неподалеку от него остановилась и «четверка».

– Спасибо, соколик! – фиглярничая, поблагодарила частника Алла и сунула ему мятую десятитысячную купюру.

– Да ладно, себе оставь, – отмахлулся водитель и не удержался, чтобы не сострить. – На приданое дочери копить ведь надо…

Алла ничего не ответила.

Она вышла из машины и направилась вслед за мужем. Уверенная в качестве своего маскарада и в своем актерском мастерстве, она набралась наглости и вошла с ним в кабину лифта.

– На какой этаж, тетенька? – не глядя на нее, вежливо спросил Виталий.

Он был один. Без охранника. Зато с цветами… Знал бы, гад, с кем рядом стоит.

– На последний, – Алла умело изменила голос.

Виталий остановился на седьмом этаже. Она вышла на восьмом. И тихо спустилась на один лестничный марш вниз. Услышала трель входного звонка.

Это звонил Виталий. А потом дверь открылась.