Cудья и палач

Мы обо всем уже договорились…

– Я и майор Круча. Вы о нем, конечно, слышали?

– Да, это брат Любы… Он из меня чуть душу не вытряс…

– К сожалению, его ввели в заблуждение. Он думал, это вы покушались на его сестру… Но теперь он так не думает. Кстати, это благодаря ему следствие вышло на верный след…

– А Германа уже задержали?

– Пытались. Но он ушел… При задержании погибли двое наших сотрудников, – голос Маркова дрогнул.

– Неужели он такой спец?

– Мы пытаемся выйти на него. Через вашу супругу. Она пока не знает, что мы на верном пути…

– Так бы сразу и сказали.

– Эти слова достойны уважения, – улыбнулся Марков. – Кстати, у меня для вас еще одна приятная новость…

– Анализ семенной жидкости, взятый у вас, показывает, что вы вполне можете иметь детей…

– Может. Мы уже вычислили женщину, которая действовала по указке вашей жены… В общем, ваше мнимое бесплодие – это дело рук вашей дражайшей супруги…

– Зачем ей это понадобилось?

– Это еще предстоит выяснить.

– Я понимаю… А могу я увидеться с Любой?

Если он может стать отцом, то его обвинения в ее адрес совершенно беспочвенны. Она беременна от него, а не от кого-то другого.

– Да, конечно, сегодня вы увидитесь с ней. Прямо отсюда вас отведут в комнату для свиданий. Всего доброго!

Марков поднялся, пожал Виталию руку и направился к выходу.

Ему на смену пришел конвоир. И его действительно повели в комнату для свиданий.

Виталию казалось, что все это происходит во сне.

Он смотрел на Любу и не мог ею налюбоваться. Кретин, он чуть не променял ее на эту мерзавку Аллу, которая ей и в подметки не годится.

– …Скоро мы будем вместе…

– …Мы никогда не расстанемся…

Этими фразами говорил не он, а его душа. Люба смотрела на него влюбленными глазами. Она любила его!

Алла ждала Степана. И обрадовалась его приходу. Закружилась вокруг него ласковой домашней кошкой, замурлыкала.

– Как там Виталий? – спросила она, усаживаясь к нему на колени.

– Плохи его дела. Со всех сторон обложили. Не отвертеться. Три трупа на нем…

– Этого не может быть, – привычно и бездушно выставила она неубедительный аргумент в защиту мужа.

«Это он, это он, это он… Он должен быть осужден!» Ему казалось, что он слышит этот ее мысленный вопль.

– Боюсь, дорогая, что твоему мужу не отвертеться от пожизненного заключения.