Cудья и палач

Как бы прямо сейчас на Шило этот гад не вышел…

Кулика сдуло как ветром Настоящий опер, все понимает с полуслова.

Только не знает, что Сверчок в отрубе сейчас – никуда позвонить не может.

Двух «котов» отпустили. Федот поехал домой. Рома повез Степана и Катю в Битово. А заодно он должен был доставить сутенера Толика в отделение. Ему в «обезьяннике» до завтрашнего вечера сидеть. А потом его Степан использует в одном деле.

Наврал он Кате, что больше ее не повезут к клиенту. Так получилось, что Шилин заказал на завтра именно ее.

И она у него будет.

В Битово пробуждалась жизнь. А началась она с собачников. Парк – лучшее место для прогулок с четвероногими ублюдками.

Герман ненавидел собак, а те не любили его. Стоит собака, никого не трогает, ни на кого не рычит, а стоит пройти мимо нее Герману, начинает скалить клыки. С каким бы удовольствием он перестрелял всех.

И сегодня ему пришлось пообщаться с одной сукой. Мерзкая колли забежала в его теремок и самым наглым образом справила на него нужду.

Хорошо, рычать не стала, тем более кусаться.

Она его просто не заметила.

Вернее, за бревно приняла или за что-то подобное тому. Герман профессионал – он умел лежать без движения долгие часы, и с маскировкой у него все в полном порядке. Конечно, если бы в теремок зашел человек, то за бревно бы его никак не принял. Но зато бы увидел в нем натурального бомжа. Подозрений ноль, зато презрения выше всякой нормы. Только от чужого презрения Герман умереть не боялся.

Собачники гуляли рядом с теремком. По парковым аллеям бегали доморощенные спортсмены.

А потом все как по команде исчезли. В парке наступила тишина. Зато ожил двор подконтрольного дома. Люди покидали его, спешили на работу. На бревенчатый теремок на детской площадке в парке через дорогу никто не обращал внимания. Герману это было на руку.

Время семь часов. В любое время мог появиться Болотов. Герман не боялся прозевать момент. Весь в напряжении, он в любую секунду был готов нажать на кнопку дистанционного пульта.

Но Болотов пока не появлялся.

– Дядя Степа, я с вами!

Степан только улыбнулся, глядя, как Катя соскакивает с дивана и начинает торопливо одеваться.

Они приехали под утро. Он накормил девочку, запустил ее под душ, уложил спать. И сам поспал немного. На кухне, сидя на стуле. В таком положении легче просыпаться. А если лечь – тогда все, только баржей его и сдвинешь.

Спать хотелось неимоверно. Но холодный душ вырвал его из царства сна.

Он поставил чайник и зашел в комнату посмотреть на Катю.