Цветочная империя попаданки

– Тебе понадобится что-то посерьёзнее, если ты решила разделаться со мной, – усмешка коснулась мужских губ.

– Кто ты? Что… ты? – я попятилась, пока не упёрлась задницей в столик. Близость этого мужчины задевала самые глубинные струны в моей душе.

Почему он так спокойно вытащил нож, будто ему не больно?

– Ты же знаешь, на драконах такие порезы заживают в мгновение ока.

– На драконах?

Мозг лихорадочно работал, выдавая варианты того, что со мной могло произойти. Один страшнее и безумнее другого."

"Маркос сделал ко мне шаг.

Но я метнулась прочь, дёрнула на себя дверь и выбежала босая на улицу.

– Лекарь ошибся предположив, что ты умираешь, жена, – донеслось мне вслед. – Умирающие так не бегают.

Ступни обожгло. Камень, которым была выложена терраса, нагрелся на солнце.

Я побежала вперёд, превозмогая боль. Вокруг мелькали деревья и кусты, которых я никогда не видела. В воздухе стоял сладкий запах цветов.

Оказавшись у края террасы, я заворожённо замерла.

Вид, который открывался передо мной, поражал воображение.

Дом стоял на краю отвесного обрыва, а внизу стелился огромный, средневековый город. Ему не было конца и края. Вдалеке солнце ласкало лучами морской аквамарин.

Я не дома!

И наконец стоило признать – тело тоже не моё. Как бы мы не были похожи с его прошлой обладательницей внешне.

– Вот она! Держи её! – голос Алиссии звенел от напряжения и… страха?

Вдовствующая герцогиня показалась неподалёку, рядом с ней шли два мужика-амбала, одетых в короткие хлопчатые безрукавки.

Я повернула голову влево – там сад.

Вправо – тоже сад.

– Держи её, – завопила Алиссия. – Смыться хочет, тварь.

Она быстро разгадала мои намерения.

– Маньяки! – не осталась в долгу я. – Только попробуйте!

Я всё-таки побежала в сад, с жалостью наступая босыми ногами на цветы и всё, что там росло.

Выход! Нужно найти его. И позвать на помощь. Сказать, что меня держут силой и пытают.

Не прошло и минуты, как недалеко показался один из амбалов.

Амбал перехватил меня за талию, поднял и закинул на плечо. Я пыталась отбиваться, как дикая кошка, но вряд ли мои удары и укусы могли испугать эту огромную тушу.

Отчаяние захлёстывало, дрожало в груди.

Я понимала – меня тащат на смерть. От этого руки и ноги немели. Беспомощный жалкий всхлип вырвался из груди.