Вдруг близость навсегда закрепит результат? Попробуем?
Он что, совсем с ума сошел? Помутился рассудком из-за долгой выкачки силы? Пострадал, как мозг от кислородного голодания?
И улыбка такая странная, немного дикая.
— Рехнулся! — выдала вердикт я, пятясь.
Магистр улыбался одним уголком губ, не сводя с меня глаз. И, что самое пугающее, молчал.
Наверное, у него, как и у меня, сердце слабое на романтику. Ну ладно, я-то хоть знаю, что мы разнополые, но его куда несет? Хоть о слухах бы подумал и об их последствиях для Евы.
— Магистр, а давайте-ка в Храм, а? — с надеждой спросила я.
Пока я еще хоть чуть-чуть соображаю, нужно спасаться. Лучше всего разводом. Не поможет — бегством.
Я же дурею рядом с ним, забываю о цели. А так нельзя.
— Сворски! — крик Гордона Рамзи раздался справа. Совсем рядом — за густой стеной зарослей.
А вот и щипок судьбы как напоминание: я не должна так реагировать на Арчи. Не должна так таять от его поцелуев и терять голову.
— Мне пора! — Бегом, пока Гордон меня не увидел.
— А как же Храм? — со смехом окликнул меня магистр.
Звучало как форменное издевательство.
Я завернула за куст и налетела на что-то твердое. Кувыркнулась через себя, кубарем прокатилась мягкой траве, как по ковру, и ошалело оглянулась.
— За мной! — сурово посмотрел на меня Фрай Дай. Именно на его коляску я так везуче наскочила.
Лекарь был раздражен и так быстро катился вперед, что я едва поспевала. Еще постоянно по сторонам оглядывалась, молясь, чтобы магистр задержал Гордона.
— Злитесь, что я не дала ему чай? — шепнула я.
— Я разочарован. Ничего не могу с собой поделать. Дай время, — пыхтел злостью лекарь.
Разочарован? В том, что не получилось с чаем, или во мне? Может быть, целитель видел нас с магистром?
— Иногда думаю, что лучше бы тебе быть мужчиной, — продолжал недовольствовать Фрай.
Точно видел.
И что сказать? Я промолчала. И тишина сопровождала нас до самого забора.
Фрай Дай подъехал к разросшемуся плющу, схватил лозу рукой и закрыл глаза. В стене образовался проход.
Показалась трещина в заборе. Приличная такая расщелина, в которую мог протиснуться взрослый мужчина.
Я присмотрелась внимательнее и поняла, почему всех так беспокоил этот необычный плющ: он пронзил защиту, сделал в стене прореху, и теперь через эту щель мог попасть незваный гость.
Кажется, я нашла путь, которым вчера проник в академию настоящий Марк Сворски.
Лекарь указал мне на щель, словно на выход:
— Если передумала мстить — уходи.
