Ты была такая холодная и чопорная, но я оценил то, как ты мне ответила. В то утро, когда нас высадили на берег, я пытался тебя найти. Но я даже не знал твоего имени. Когда я случайно увидел, как ты играешь у Хини, я пришел в восторг. Ты оказалась еще красивее, чем я тебя помнил, а еще эта музыка!
Бет улыбнулась и взяла его за руку.
— Пообещай мне, что больше никогда не будешь мошенничать, — сказала она.
— С тобой — никогда, — ответил он. — Давай, возвращайся в кровать."
"Монреаль оказался прекрасным городом с множеством новых роскошных зданий, широкими дорогами, великолепными скверами и парками.
Бет и остальным очень понравилось ходить в парк Маунт-ройял, который располагался на холме. Оттуда открывался прекрасный вид на город и порт.
Они удивлялись Виктория-бридж — мосту, построенному через реку Святого Лаврентия, который называли восьмым чудом света, и восхищались зданием страховой компании «Нью-Йорк лайф», на каждый из восьми этажей которого можно было подняться на лифте.
Здесь был престижный район Голден Майл с огромными красивыми особняками, принадлежавшими самым богатым жителям города.
Бет, Сэм и Джек никогда еще не видели такого роскошного отеля, как «Виндзор», а магазины на улице Святой Екатерины ничуть не уступали лучшим магазинам Нью-Йорка.
В конце сентября листья на деревьях окрасились во все оттенки красного, золотистого и коричневого, и стало еще красивее. Но каким бы прекрасным ни был Монреаль, они понимали, что никогда не добьются тут успеха. В городе было множество салунов, театров, варьете и танцполов, но Монреаль оставался очень консервативным местом.
Большинство его жителей вели умеренный и трезвый образ жизни.
Сэм и Джек нашли себе работу барменов через несколько дней после прибытия, но как они ни старались уговорить своих уважаемых работодателей позволить Бет сыграть для посетителей, им всегда отвечали отказом. Хотя никто не озвучивал свои мысли, было понятно, что любая девушка, готовая переступить порог салуна, считается здесь проституткой.
Бет обошла все магазины в надежде, что ее примут на работу в один из них. Но в Монреале на место продавцов брали только мужчин. Любая женщина, работающая в магазине, ресторане или кофейне, обязательно приходилась родственницей его владельцу.
Тео даже не смог ни у кого добиться положительного ответа на вопрос, проводятся ли здесь азартные игры, не говоря уже о приглашении на одну из них. Его образ английского джентльмена впервые сыграл против него.
