Да, Босс!

Он уже хотел было постучать ещё раз, чтобы уведомить Еву, что никуда отсюда не уйдет, пока она его не впустит или не выйдет сама, когда дверь снова распахнулась и его всё-таки пригласили войти в дом.

Он прошел внутрь и замер на полпути, когда Ева вдруг сказала, что не одна. Левандовский пробежал по комнате быстрым взглядом, ища признаки присутствия мужчины, но натыкался только на разные кошачьи принадлежности — выстланная одеялом корзинка, лоток, когтеточка и множество игрушек, разбросанных повсюду.

Адам чуть расслабился и, стаскивая с рук перчатки, присел на подлокотник дивана. Долгим взглядом посмотрел на Еву, пытаясь понять, что она сейчас чувствует.

— Не одна? — нарочито спокойно переспросил он. — Что ж, тем хуже. Придется его убить, а я надеялся, что обойдется без кровопролития, — произнеся все это, Левандовский невозмутимо пожал плечами, сохраняя совершенно серьезное выражение лица.

— Убить? — переспросила Ева, вскидывая брови.

Она подошла к Адаму, игнорируя те неуместные чувства, что он в ней рождал, и сунула ему Томаса. Тот мгновенно уцепился коготками за пальто и принялся карабкаться наверх, когда Ева отпустила его и отошла, чтобы сесть за стол. Ноги её, почему-то, не держали.

— Если тебе есть, что сказать, говори, — наконец нарушила она установившееся молчание. — У меня мало времени. Как видишь, я завела себе детский сад, — она обвела рукой комнату, в которой Лучия умывалась лапкой рядом со стареньким шкафом, а Джерри занимался излюбленным делом — бросался на висящий почти у пола лист фикуса, который был больше похож на тесто, пропущенное через лапшерезку.

Ева сделала глубокий вдох и выдала то, что совершенно не собиралась говорить, но всё же произнесла:

— К сожалению, Юрий Ростиславович не прячется под моей кроватью, чтобы я могла попросить его «убрать тебя отсюда», потому я тебя слушаю.

Адам подавил готовый вырваться «ох», когда котёнок вскарабкался по нему, как по дереву и добрался когтями до незащищённой шеи. Поймав его прежде, чем тот, чего доброго, изрядно сократил бы ему шевелюру, Левандовский взял животное на руки и погладил, слушая, как котёнок начинает мурчать ему на ухо.