Да, Босс! (СИ)

Едва удержался, чтобы не вернуть ее обратно и не отвезти к себе, чтобы продлить ещё хотя бы на несколько часов то, что было между ними в последние дни. И хотя в итоге не сделал этого, отчётливо знал, что самое главное решение им уже принято.

А пока стоило сосредоточиться на ожидавших его делах, связанных с запуском новой линии парфюма, лицом которой должна была стать Ева. В лаборатории за время его отсутствия закончили работу над концентратом будущего аромата, и во второй половине грядущего дня Адам собирался сделать очередную пробу.

А на первую половину была запланирована фотосессия Евы, на которой будет сделано несколько пробных снимков для будущей рекламы.

Сейчас мысль о том, чтобы превратить свою секретаршу и, самое главное, жену, в фотомодель уже не казалась Левандовскому такой уж блистательной. Оказалось вдруг, что он совершенно не желает делиться ею ни с кем, и от того, что на Еву будут пялиться миллионы мужчин по всему миру — у Адама сводило зубы. Впрочем, ни у кого из них не будет шанса подойти к ней даже близко, потому что рядом с ней будет он.

До тех пор, пока желает ее так, что ему никто больше не нужен — так точно.

После почти бессонной ночи Левандовский поехал утром вовсе не на работу, как делал это обычно. Он поехал к дому Евы, чтобы лично отвезти ее в бизнес-центр. Потому что хотел видеть ее. Видеть до того, как офисные стены снова превратят их в начальника и подчиненную. Видеть, что для нее за прошедшую без него ночь ничего не изменилось тоже.

И когда целовал ее, вжав в спинку автомобильного сиденья, ясно понимал, что долго их рабочие отношения продолжаться не смогут. Просто потому, что уже таковыми не являлись. И Адам сильно сомневался в том, что сумеет относиться к Еве даже в рабочее время так, словно она всего лишь его секретарша, ибо это был бы никому не нужный самообман. Ева стала играть в его жизни гораздо более важную роль, чем он мог бы предположить ещё недавно, но бороться с этим не было никакого желания. Даже напротив — он находил нечто волнующие в новизне эмоций, прежде ему незнакомых.

Сосредоточиться на работе в то время, как за дверью находилась Ева, оказалось чертовски сложно. Но Левандовский все же отсмотрел присланные ему дизайнерами образцы будущей упаковки «Lewandowski Grey Mouse». После некоторых размышлений им было принято решение оставить для нового аромата прежние флаконы, уже отлитые начальной партией на фабрике Лучака.