Онлайн-библиотека книг
Понимаю, что нельзя разрывать связь времен, и отказываться от истории своего народа, но нельзя оставаться слепцами все время. Люди меняются, весь мир изменился, а ортодоксы думают и требуют от своих единоверцев слепого следования старым канонам, думать, что они истинные иудеи, правильно понимающие содержание Галахи. Адаптироваться в современное общество представителям ортодоксального иудаизма очень трудно. Их не берет учиться, и на работу берут с большой неохотой, да и если возьмут, то на самую грязную.
– Но есть же среди иудеев видные ученые, инженеры, изобретатели, которых общество приняло, и признало заслуги.
– А вы задумывались, Генрих, над таким вопросом. Остались ли эти, как вы выразились, видные люди иудеями? Отвечу вам откровенно. В подавляющем большинстве они все сменили веру. Несмотря на свои прогрессивные взгляды, я никогда и никому не прощу предательство своего народа, а смену вероисповедания, считаю таковым."
"– Я слышал выдающийся химик Фриц Габер, много сделавший для блага Германии, в молодые годы перешел в протестантскую веру.
– Заслуги заслугами, но разного рода отступников всегда настигает справедливая кара. Очередь Габера наступит, не сомневайтесь.
И в дальнейших беседах я в основном слушал Ицхака, иногда задавал уточняющие вопросы, для поддержания разговора. Но основной задачей всего этого общения я считал необходимым сформировать у Шимона отрицательное отношение к немецкому химику Габеру, надеялся, что к концу совместного путешествия у меня это получится.
По прибытии в Венецию, я распотрошил груз и распределил его справедливо. На виллу в Цюрих, полковнику Штайнлицу, банкиру Ротшильду, естественно тетушке Франческе Колетти, Герту Леманну, от имени компании «Вольф» отправил по мешку кофе, приличное количество мясных копченостей, консервированных и сушеных фруктов.
– Своим внезапным исчезновением, вы, Генрих, меня откровенно расстроили, – улыбался Штайнлиц.
