Да, были люди в иное время!

Большинство укреплений крепости подготовлены к взрыву, и если задуманный план будет реализован, то после ухода австрийских войск, русским достанутся руины крепости. Использовать ее по прямому назначению станет невозможным.

Полученную информацию доложил подполковнику Волкову, а он далее по инстанции.

Какие выводы сделало начальство – мне неизвестно, но в течение двух недель марта вся 8-я армия наступала. Наш корпус вел бои у деревень Лубно, Колонице, Быстре, Зубраче. Захватив позиции у деревни Цуэлло, войска перешли к обороне, так как южный фланг Юго-западного фронта значительно отстал, и командование опасалось флангового удара.

По мнению командования армии и фронта, цели наступления достигнуты, войскам нужен отдых и пополнение. Дукельский перевал находился в наших руках, и через него налаживалось снабжение войск.

На совещании отдела подполковник Волков сообщил о взятии нашими войсками крепости Перемышль.

После продолжительной осады, продовольственные запасы в крепости истощились.

В связи с отчаянным положением командующий гарнизоном крепости генерал-полковник Герман Кусменек требовал от своего командования более активных действий по деблокированию Перемышля. Такая операция была подготовлена, о ней сообщал мой агент «Артур». Но наступление Юго-западного фронта помешало осуществлению этого плана. Генерал Герман Кусменек все же решился на попытку прорыва осады, сформировав несколько штурмовых групп из хорошо подготовленных подразделений, а в распоряжении генерала было почти сто пятьдесят тысяч войск. Нанес несколько отвлекающих ударов в восточном направлении, а основной удар был нацелен на запад. После краткой, но мощной артиллерийской подготовки, австрийцы атаковали русские позиции.

Командующий осадной армией генерал Селиванов извлек уроки из первой, неудачной, осады. Позиции его армии были хорошо укреплены и насыщенны станковыми пулеметами системы Максима, а также ручными пулеметами системы Мадсена. Русская тяжелая и осадная артиллерия вела непрерывный обстрел крепости, а полевая артиллерия обрушила на цепи наступающих австрийцев лавину шрапнельных и фугасных снарядов.

По неточным данным, в этой попытке австрийцы только убитыми потеряли свыше пяти тысяч солдат. В плен к нам попало около четырех тысяч, в том числе более сотни офицеров.

Больше попыток прорыва генерал-полковник Кусманек не предпринимал, зато отдал приказ крепостной артиллерии наносить удары по русским позициям.