Да здравствует королева! (СИ)

 — Почему? Почему тебе не удалось договориться с отцом по-хорошему?"

"«И почему ты считаешь, что дурман мог убить его», — шепнула беспокойная часть сознания, но я не пошла у неё на поводу.

Что бы ни творилось вокруг, этот миг слишком ценен, чтобы его разрушить. Потому что Сарен… речь и о его жизни тоже.

— Потому что никогда не удавалось, — ответил брат тихо. Взгляд его рассредоточился, устремился куда-то вглубь. Кажется, он тоже прислушивался к нашей внезапной близости, ко мне и к себе одновременно.

— Из-за Мариан?

— Из-за всего. — Сар тяжело вздохнул и вдруг откинулся назад, чтобы упереться затылком в каменную стену. — Из-за того, что мы всегда по-разному смотрели на дела. Из-за того, что я лез к нему с решением проблем, которые его не волновали и не хотел становиться послом. Из-за того, как обращался с тобой.

В голосе брата не прозвучало обиды — лишь слабая грусть. А я вспомнила его лицо в момент похорон.

— Как давно ты её любишь?

— Лет с семи, — ответил Сарен из темноты. — Тогда она появилась при дворе, верно? Нет, сначала я думал, что она лишь ещё одна бесполезная девчонка — вроде всех тех, что бегали по саду с утра до вечера.

Он не сказал ничего подобного — но я вновь поняла, уже без слов: вроде меня.

— Но она оказалась совсем не такой, — поддержала мягко.

— Да, она… была милой. И очень серьёзной. Отчитывала меня за то, что я задираю других. — Теперь Сарен явно усмехнулся, и я вновь посмотрела на его бледное лицо.

Служанка. Отчитывала моего страшного брата. Воистину, для детей не существует преград.

— Я не помню, когда и как всё понял, просто… привык к ней. И лет в десять поклялся ей, что возьму в жёны. Я был дураком.

— А потом?..

— Потом вырос и не поумнел. Сначала мы встречались почти открыто, и мне казалось, что отец знает. Но когда мне пришло в голову рассказать о своих чувствах и просить, чтобы он одобрил мой страшный мезальянс… Ты знаешь дальше.

— Я всегда думала, что она уехала сама, — выдохнула слабо.

— Мы всё равно виделись. — Сарен почти не выдавал боли, но что-то похожее всё-таки проскользнуло в его взгляде. — Редко, когда мне удавалось проехать мимо её имения. И писали друг другу, разумеется. У меня никогда не было другой женщины, Лиата.

Кажется, я просто забыла о словах.