На его лице остались царапины – это я так удачно приложил его об асфальт.
– Предупреждаю, что будешь получать каждый раз, как тронешь меня или моих друзей, – произнёс я напоследок, но по дрогнувшему голосу понял, что не произвёл должного эффекта. Клив меня и не слушал, его заботило сейчас совсем другое.
Держась за бок, я подхватил рюкзак и, прихрамывая, направился к машине. Чарли в шоке вытаращился на меня. Я сказал, что всё объясню позже, а сейчас лучше заехать куда-нибудь и провериться. Говорил я с трудом, так что Чарли сжалился и не стал доставать вопросами.
Я надеялся, что отец ничего не узнает об этой драке. Обещал ему, что никуда не влезу, а сам…
Мои опасения подтвердились. Я получил ушиб ребра второй степени после того, как Клив ударил меня ногой. На моём теле была куча гематом, а рёбра адски болели. Потом я узнал, что Клив сломал руку, когда катался на велосипеде, и будет теперь ходить с гипсом. Я же сказал врачу и Чарли, что кубарем скатился с высоких ступенек. Никто, понятное дело, мне не поверил.
Скрыть больное ребро от отца так и не удалось.
Всё же следовало родиться полукровкой или низшим – решать проблемы кулаками мне нравилось куда больше, чем тёмной материей.
8
– Это безумие, – заявил Кэмерон. – Я не буду в этом участвовать.
Я знал, что именно так он и скажет. К слову, участвовать не хотелось и мне.
– А что ты предлагаешь? – Скэриэл хищно уставился на него, выпуская табачный дым, затем потянулся к пепельнице. – Есть идеи получше?
Выглядел он максимально расслабленным, как будто предложил не сдаться Тони, а поиграть с ним в пинг-понг в выходные.
Даже меня план шокировал, что уж говорить о Кэмероне, который, кажется, на дух не переносил Скэриэла и всё, что тот предлагал.
– Ты рехнулся! Это ведь Адам убил Жака. Мистер Эн уже подозревает его. Я прям жопой чувствую, что, если мы воспользуемся твоим планом, нам всем крышка, – возразил Кэмерон. – Да мистер Эн оторвёт нам яйца и заставит ими подавиться, как только мы нагрянем к нему в офис!
Задумавшись, Скэриэл потёр подбородок и откинулся на спинку стула.
Вытянув ноги, он опять рассеянно выпустил табачный дым, смахнул пальцами остатки пепла и выжидающе поглядел на Кэмерона. Уголки его губ опасно поползли вверх. Не нравился мне его вид. Кажется, Скэриэл собрался в очередной раз учудить что-то безумное.
– Ты себе льстишь. Не такие уж они у тебя, судя по всему, крепкие, чтобы давиться, – усмехнулся он и провёл ладонью по кадыку. – Проглотишь свои яички и не заметишь.
