Она повернулась ко мне, скрестила руки на груди и спросила:
– Кем сейчас вы видите меня, мистер Хитклиф?
– Зависит от того, – я тоже откинулся на спинку кресла, – как мы сегодня проведём сеанс.
Она усмехнулась, но усмешка вышла доброй.
– Хотите что-нибудь мне рассказать?
– Хочу кое-что спросить, – ответил я.
Она довольно кивнула.
– Я вас слушаю.
– Разговор останется строго между нами? – начал я.
– Верно. – Она вновь кивнула, но теперь её лицо приобрело то самое серьёзно-профессиональное выражение, помогавшее не чувствовать себя жалким или уязвимым перед посторонним человеком, которому раскрываешь душу.
– Ни слова моему отцу?
– Если вы этого хотите, то я ничего ему не скажу.
– И даже в общих чертах. Ни единого слова. Можете соврать ему, что мы обсуждали экзамены, – предложил я.
Миссис Рипли чуть покачала головой и твёрдо произнесла:
– Я не буду врать вашему отцу, мистер Хитклиф.
Я лишь обречённо вздохнул.
– Я хочу быть уверен, что наш разговор не выйдет за пределы этого кабинета.
– До сегодняшнего дня я исправно придерживалась этих правил.
Или вы сомневаетесь во мне? Если вам дискомфортно, мы можем обсудить что-то другое.
Миссис Рипли многозначительно замолчала.
– Простите, если задел, – слегка смутился я. – У меня не было злого умысла.
Она кивнула в знак примирения.
– Так что вы хотели узнать?
– Я хочу спросить про извлекателей.
Её лицо дрогнуло в удивлении, но она быстро взяла себя в руки.
– Мне никто не может про них рассказать. Никто ничего не знает. Это запретная тема, полная тайн, – принялся я объяснять.
– Извлекатели – табу в Октавии, – сдержанно напомнила миссис Рипли.
– Да, верно, но я хочу знать о них. Про них так мало информации даже в сети.
Мне пришлось воспользоваться VPN, чтобы найти хоть что-то про извлекателей. Результат моих поисков был довольно скуден: несколько упоминаний в старых научных статьях, которых нигде больше в сети не найти, а значит, не прочитать, и старинная октавианская страшилка о том, что, если чистокровные дети будут плохо себя вести, их заберёт извлекатель.
Он извлечёт всю тёмную материю, сделает детей низшими и оставит их в лесу, тогда больше их никто не найдёт. Я никогда не слышал об этой страшилке. Меня в детстве пугали тем, что если я не буду слушаться старших, то попаду в Запретные земли и останусь там навсегда. Скорее всего со временем октавианская страшилка пережила ряд изменений, лишившись таких опасных слов, как «извлекатель» и «извлечь тёмную материю».
