Дай мне развод (СИ)

С Дариной мало и всей жизни, конечно же, судя по тому, что я о ней уже знаю, а я глупо понадеялся на опыт и свою способность быстро раскусывать женщин. Наивный дурак.

Нифига я не понял про нее. Истину ее души прочувствовал и попробовал только на грани. Она не безропотная, а гордая, знающая себе цену, острая на язык и характерная женщина — именно такая, какая мне нужна. Та, которая ушла.

Может быть, дело как раз в этом?

Я часто спрашиваю себя: Ильяс, возможно, ты так на ней помешался, и она настолько сильно тебя раздражает, потому что ушла?! Тебя это просто бесит! Но ночью, когда я не чувствую рядом ее мягкого присутствия, ее запаха и тепла тела — мне сердце щемит, а это никак не вяжется с ущемленным, мужским эго.

И когда она поднимает глаза, а мое шампанское стоит на столике в ведерке со льдом, я понимаю, что все вокруг растворяется. Есть только она.

Дарина на миг застывает, и в ней я читаю столько эмоций: удивление, шок, злость, ненависть, но еще…она рада. Да, девочка. Ты рада меня видеть.

От этого на душе теплее, я слегка улыбаюсь, а Дарина сразу фырчит, чуть не отплёвывается, отворачивается. Шампанское показательно двигает на самый край — показывай гордость, малыш, мне это нравится. Я тебя уважаю за нее бесконечно, как только мужчина может уважать женщину.

Мне об этом снова напоминают просто: Дарина откидывает волосы за спину, а на пальце нет кольца.

Поэтому ты не можешь злиться, когда к ней вдруг подваливает этот чертов щенок.

Его я тоже узнаю сразу.

Как ты смеешь?! Касаться своим мерзким духом ее личного пространства?! Нет у тебя прав! Она не твоя!

Но и не твоя. Мне приходится себе напоминать, когда он подает ей руку и уводит вглубь забитого до отказа танцпола.

- Мне жаль, брат, - Марат бьет меня по плечу, кивает в сторону столика, - Давай выпьем. Хочешь? Можем пригласить за наш столик вон тех курочек с бара. Они уже полчаса с нас взгляда не сводят и…

Отвечаю коротко, хватаю пиджак и разворачиваюсь в сторону лестницы.

- Ильяс! - Демид смотрит на меня пристально и серьезно.

Я понимаю. Боится, что я наворочу дел, переступлю грань и зарвусь. Ее дед не хрен с горы или чертов «ноу нейм». Генерал Соколовский не входит в список тех, кого можно «просто подвинуть», но мне искренне и от души на это насрать.

Она моя.