Дающий

Иногда, проснувшись, он вспоминал какие-то обрывки сна, но никогда не мог сложить их воедино, чтобы получился связный рассказ. Но этим утром все было по-другому. Этот сон он помнил очень живо.

Он в задумчивости слушал, как Лили излагает длинный сон. На этот раз — страшный. Ей приснилось, что она едет на велосипеде Матери и ее ловят Охранники.

Все внимательно выслушали Лили, а потом обсудили, какое предупреждение содержится в ее сне.

— Спасибо за сон, Лили, — Джонас машинально произнес стандартную фразу и постарался сосредоточиться на рассказе Матери, которой приснилось, что ей сделали выговор за нарушение Правила, которого она не понимала.

Все вместе они решили, что этот сон — отголосок истории с тем человеком, которого наказали за повторное нарушение основных Правил.

Отец сказал, что ему ничего не приснилось.

— Гейб? — Отец посмотрел в корзинку, где малыш булькал после кормления, готовый к отправке в Воспитательный Центр.

Все засмеялись. Пересказ Снов начинается с Трех. Видели ли сны Младенцы, никто не знал.

— Джонас? — спросила Мать.

Родители всегда его спрашивали, хотя и знали, что Джонасу сны снятся редко.

— Да, я видел сон этой ночью, — Джонас нахмурился и выпрямился на стуле.

— Отлично, — сказал Отец. — Расскажи нам.

— Все было довольно расплывчато, — начал Джонас, стараясь как можно более точно воспроизвести странный сон. — Кажется, я был в ванной комнате Дома Старых.

— Ты вчера там работал, да? — спросил Отец.

— Но она была не такая, как обычно.

Во сне была ванна. Но только одна. А в настоящей ванной комнате их полным-полно. Там было влажно и тепло. И я снял форму, но не надел халат. Грудь у меня была голая. И я вспотел, было очень жарко. И там, как и вчера, была Фиона.

— И Эшер? — спросила Мать.

Джонас помотал головой.

— Нет, только я и Фиона, больше никого. Мы стояли возле ванной. Она смеялась. А я нет. Я немного злился на нее во сне, потому что она не принимала мои слова всерьез.

— Какие слова? — спросила Лили.

Джонас уставился в тарелку.

По какой-то непонятной причине он смутился.

— Кажется, я пытался убедить ее залезть в ванну.

Он замолк. Он знал, что нужно рассказать сон до конца, что он должен это сделать. Так что заставил себя перейти к самой сложной части сна.

— Я хотел, чтобы она сняла одежду и залезла в ванну, — быстро сказал Джонас. — Я хотел ее искупать. У меня в руках даже была губка. Но она не хотела. Она смеялась и говорила «нет».

Он посмотрел на родителей.