Достав из внутреннего кармана куртки фотографию, он протянул её профессору.
– Вы случайно не запомнили, как она выглядела? Посмотрите, это она?
Влад и сам себе не смог бы ответить, зачем таскает с собой фото этой стервы Бестужевой. Может, как напоминание о том, кто виноват в его бедах, чтобы ненависть к ней не утихала ни на минуту?
Мужчина взял у него из рук прямоугольник из плотной бумаги, сощурился, и, присмотревшись, кивнул.
– Да, это она.
* * *– Ты ещё кому-то рассказал об этом? – ошеломлённо поинтересовался у парня Смолиновский, ставя чашку с недопитым чаем обратно на стол.
Когда Влад позвонил ему, мужчина только что вернулся из поездки в другой город. Зайдя внутрь конспиративной квартиры, которую заговорщики использовали для встреч, парень заметил стоящий под вешалкой дорожный чемодан.
– Нет, знает только профессор и я, – ответил он, вставая с места и отходя к окну.
После того, как Влад узнал, что его бывшая невеста – хрономаг, всё встало на свои места. И то, почему убийцу до сих пор не нашли, и все те странности, что случались до этого каждый раз, когда он сталкивался с Бестужевой.
И теперь он был уверен, эта девка виновна в смерти отца. Прямо или косвенно, не суть важно. Главное, что его месть теперь вполне оправданна.
Он подозревал, что Бестужева не одна такая, ведь должен кто-то был ей помогать. Сама бы она ни за что не смогла всё это провернуть. И понимал, что одному ему не справиться. Поэтому, немного поразмыслив, решил, что Смолиновский тоже должен знать.
Ненависть к хрономагам у аристократов была в крови, и он просто не сможет проигнорировать наличие подобной силы у себя под носом. Но реакция предводителя оппозиции на это была совершенно противоположной тому, что ожидал Влад.
– Это хорошо, – довольно кивнул аристократ. – Ты понимаешь, что это наш шанс без особых затрат и потерь захватить власть в стране? Если у нас будет собственный маг времени, сам чёрт нам будет не страшен!
Оторвав взгляд от вида за окном, Влад резко повернулся обратно.
– Скажите, что вы сейчас шутите, – процедил он, зло уставившись на Смолиновского. – Вы хоть понимаете, насколько она опасна? Думаете, у вас хватит сил её контролировать?
Аристократ будто бы не заметил его реакции. Его взгляд рассеянно блуждал по комнате, словно он мыслями был далеко отсюда.
– Думаю, что подобный риск оправдан. К тому же, у неё есть семья, а значит – болевые точки, на которые можно надавить.
