Далекие странники (перевод новеллы)

Пусть иногда ты ведёшь себя глупо, но гвозди в этом винить нельзя… Неужели мои догадки и впрямь ошибочны?

Обливаясь холодным потом, Чжоу Цзышу прошипел сквозь зубы:

— Вэнь… Кэсин… я поимею каждого… твоего предка…

Наконец-то он перестал прикрываться вежливой чепухой, вроде «бла-бла-бла, Вэнь-сюн» и всё в таком духе. Вэнь Кэсин почувствовал лёгкий привкус торжества несмотря на то, что его оскорбили. Стойкий, как каменная твердь, он и бровью не повёл:

— Вынужден тебя разочаровать: мои предки давно обратились в прах. Веришь ли, я даже не знаю их имён.

Как насчёт того, чтобы снять маску и показать настоящее лицо? Если ты действительно красив, я готов предложить себя в качестве замены всем прародителям.

Сжав челюсти и скорчившись креветкой, Чжоу Цзышу пытался удержать под контролем восстание гвоздей. Но услышав, в какие бредовые дали унеслась болтовня Вэнь Кэсина, снова выругался:

— Твою мать, да заткнись уже!

Вэнь Кэсин немедленно замолчал, но продолжил наблюдать, не испытывая ни капли вины за сделанное и сказанное.

Миновали долгие часы, прежде чем Чжоу Цзышу наконец открыл налитые кровью глаза. Хотя его настоящее лицо скрывалось под маской, нетрудно было догадаться, что выглядело оно не лучшим образом.

— Рассвет, — хрипло объявил Чжоу Цзышу.

Гвозди засыпáли только с восходом солнца. Получается, они с Вэнь Кэсином провели в чёртовой пещере целую ночь! Вэнь Кэсин сдержанно кивнул, как будто прискорбные обстоятельства не слишком его касались, и счёл нужным предупредить:

— Похоже, тебя нарочно заманили сюда.

Заранее спланировали смертельную западню, желая твоей гибели.

— Нет. Твоей, — огрызнулся Чжоу Цзышу.

— Очевидно же, что твоей! Я-то хороший человек, — не отступался Вэнь Кэсин.

Чжоу Цзышу не стал продолжать спор и поднялся, держась за грязную стену. Облокотившись на уступ, он начал прикидывать план спасения, как вдруг услышал неожиданный вопрос:

— Разве ты не боишься смерти, Чжоу Сюй?"

"— Боюсь, — без промедления ответил Чжоу Цзышу.

Вэнь Кэсин удивлённо изогнул бровь.

— Я ещё не собрал достаточно добродетелей, — обстоятельно разъяснил Чжоу Цзышу.

— Если прямо сейчас попаду в Диюй, владыка Яньван вряд ли проявит великодушие в выборе моего следующего воплощения.

— Значит, до сих пор ты не был хорошим человеком, — безапелляционно заявил Вэнь Кэсин. И, не дожидаясь ответа, продолжил, копируя серьёзный тон собеседника: — Не думаешь, что начинать накопление добрых дел уже поздновато?

Чжоу Цзышу оттолкнулся от стены и двинулся дальше по туннелю.