Не знаю даже, зачем тогда приехал за мной.
— Чтобы ты не добиралась до дома неизвестно с кем. Знакомый твой, судя по всему, не готов тебя по ночам домой провожать, — язвительно.
— Ревнуешь?
Он ударяет по тормозам, смотрит на меня леденящим кровь взглядом, а потом выворачивает руль и паркует машину на стоянке рядом.
— Да, ревную, — ошарашивает признанием.
— Ничего себе!
— Удивилась? Я тоже. Впервые готов ради девушки в лепёшку разбиться, всегда наплевать было.
— Ты действительно удивляешь, Морозов. Все говорят — ты сноб бесчувственный, а у тебя, оказывается, есть тонкая душевная организация, — издевательски.
— Да что ты знаешь обо мне? — дёргает носом, сжимая челюсти.
— Практически ничего, ты же никого в свою жизнь не впускаешь. Живёшь, как затворник, только подогревая слухи о своих бесконечных любовных победах.
— А теперь ты ревнуешь, — скабрёзно оскалится.
— Что? Тебя? Много чести! — вскрикиваю от возмущения и выхожу из машины.
Да пошёл ты!
Пусть сотру ноги в кровь, добираясь до дома, но с тобой я дальше не поеду.
Претензии он мне будет кидать!
Иду, не поворачиваясь назад, знаю, что он медленно едет, выжидая, когда у меня закончатся силы, и я сдамся.
Не дождешься!
Пройдя пару кварталов, останавливаюсь на светофоре. Неожиданно мимо пролетает машина, почти рядом со мной, и окатывает водой из лужи.
Откуда она здесь?
Дождь два дня назад был.
И машина эта, чертова, в это время…
От обиды и взвинченности не выдерживаю — плачу.
Стою и так как мокрая курица, ещё и реву как дура.
— Всё? Закончилось твоё геройство? — подходит сзади Морозов.
— Иди ты тоже…- всхлипывая.
— Я бы пошёл, но страшно тебя одну оставлять, ты же опять во что-нибудь вляпаешься. Поедем, пока грязь в куртку не впиталась, потом не отстираешь.
Шмыгая носом, я всё же возвращаюсь в его машину.
— В бардачке есть салфетки, протри лицо, — включает свет и откидывает козырек с зеркалом напротив меня.
Я привожу себя более-менее в порядок, и мы отъезжаем со стоянки.
— Куда мы едем? — замечаю, что он повернул в другую сторону.
— Ты же хотела узнать, чем я живу, вот увидишь. И у меня машинка с сушилкой. Куртка, я так понимаю, у тебя единственная.
— Нашёл время в гости приглашать.
Морозов живёт на другом конце города, на набережной Амура, новостройка, девятый этаж.
Войдя в квартиру, в кромешной темноте, слышу тихое рычание.
Здесь кто-то есть и он точно не рад гостям.
Я влипаю в дверь.
Морозов, скажи, что у тебя какой-нибудь йорк или чихуахуа.
