Дама моего сердца

Она с готовностью отвечала на его мощные удары, крепко ухватив за упругие ягодицы, чтобы вобрать его в себя еще глубже. Внутри словно сжималась тугая пружина, и хотя Эвери догадывалась, что это означает, сила, с которой та сокращалась, испугала ее.

— Камерон! — вскрикнула она, выдавая этим криком свое смятение. Как же ей хотелось быть сильной и искушенной.

— Не нужно, любовь моя, не напрягайся. — И Камерон нежно погладил то место, где соединялись их тела. — Расслабься.

Эвери пришла в себя только тогда, когда Камерон вытер их обоих влажной тряпицей и улегся с ней рядом, тяжело и хрипло дыша.

У нее не было сил даже пошевелиться, и тем не менее, когда Камерон притянул ее к себе, в ней вновь пробудилось желание. «Какая же я ненасытная», — подумала Эвери и, улыбнувшись, потерлась щекой о его грудь. Что ж, она добилась своей цели, удовлетворенно подумала Эвери. Теперь уж Камерон не сможет отрицать того, что она сама, по доброй воле и даже охотно ему отдалась. Эвери знала — независимо от того, как сложится их дальнейшая жизнь, она никогда не пожалеет о том, что стала его любовницей. Как ни была Эвери невинна, она интуитивно почувствовала, что страсти, какую она испытывает к Камерону, не испытает больше никогда. «Это любовь, — сделала вывод Эвери и вздохнула, — вот только неразделенная». И поклялась себе, что, если эта любовь такой и останется, она все равно отыщет в ней радость. Камерон услышал ее вздох и почувствовал укор совести.

— Жалеешь? — спросил он.

— Может быть, будет лучше, если мы не станем задавать друг другу вопросы? — тихо спросила Эвери, проводя рукой по его груди и наслаждаясь ощущением бархатистой, теплой кожи и упругих мышц.

 — В конце концов ты ляпнешь что-нибудь такое, что меня разозлит.

— И ты снова скажешь мне «нет»? — И Камерон еще теснее прижал Эвери к себе, решив, что на очередной ее отказ он не будет обращать внимания.

— Нет. Я просто выковырну твое сердце из груди тупым ножом, что твоим людям наверняка не понравится.

Камерон хмыкнул и погладил Эвери по спине, от узких плеч до упругих, соблазнительных ягодиц. Как же она хороша! Страсть, которую она только что продемонстрировала, поразила его. Сколько же, оказывается, огня в этой маленькой хрупкой женщине! Даже сейчас, когда он рассеянно поглаживал ее по спине, она не оставалась равнодушной к его ласкам. Она тихонько задвигалась, молча призывая его вновь заняться с ней любовью, и соски, прижатые к его груди, затвердели.