Дремавшее, но не отпускающее беспокойство, которое я почувствовала, когда съезжала с шоссе, теперь прочно угнездилось во мне, в самом безгласном и уязвимом уголке моего сознания, но иногда из-за какого-то пустяка или вообще без всякого повода оно поднимало голову, как обеспокоенный зверь или как потревоженное во сне мое второе «я»."
"Я пересекла долину Йонны. Помню, как остановилась в баре «Жуаньи» купить сигарет и сходить в туалет. На стене за стойкой висели фотографии грузовиков, попавших в аварию, и плакат цветов триколора, извещавший о празднествах, назначенных на уикенд.
Шоферы вели разговоры, потягивая пиво. Они замолчали, когда я вошла, а когда я хотела заплатить за выпитый сок, один из них крикнул, что угощает. Я не соглашалась, но он сказал с южным акцентом, что «только еще не хватает, чтобы я отказалась», и я спрятала деньги. Я заводила машину, когда он тоже вышел вместе с приятелем и, прежде чем пойти к своему грузовику, остановился возле меня.
Темноволосый уверенный в себе парень, примерно моего возраста, с голливудской улыбкой. Он сказал мне с тем же акцентом, смерив взглядом – от капота машины до выреза на моем костюме: «Ну, с таким-то мотором вы должны просто летать». Я согласилась, кивнув головой. Он сказал, что жалко, раз так, мы больше и не встретимся. Когда я отъезжала, он открыл дверь своего грузовика и залезал в кабину. Помахал рукой и крикнул: «Если встретимся, я вам его верну!» Он что-то держал в руке, но издали мне было не видно.
Я поняла, о чем он говорил, когда взглянула на ветровое стекло. Он умудрился стащить мой букетик фиалок.
После Осера я выехала на дорогу, где велись ремонтные работы, но все равно гнала на такой скорости, которая мне в жизни не снилась. Я вернулась на Шестую автомагистраль к югу от Авалона. Солнце уже стояло не так высоко, но жара еще держалась, а меня знобило. В голове громко гудело. Наверное, от возбуждения и пережитого страха я все сильнее нажимала на газ.
Думаю, именно поэтому я придала такое значение пустяковому происшествию, которое произошло чуть позже. Если меня будут допрашивать, об этом лучше промолчать. Иначе я все запутаю, возникнут подозрения, в своем ли я уме, и моим россказням вообще перестанут верить.
Это была деревня, первая, попавшаяся мне на пути с тех пор, как я съехала с автомагистрали. Она и вправду показалась мне знакомой. Я не выдумываю.
