Дама в автомобиле, с ружьем и в очках

А потом внезапно в ней что-то высвободилось, она почувствовала, как что-то расслабилось у нее в груди, увидела себя как бы чужими глазами, без прикрас – здесь, вдалеке от дома, втянутую в какую-то авантюру, безмозглую, одинокую, с неподвижной рукой в повязке. Она расплакалась.

– Хочешь поиграть в карты? – произнес чей-то голос.

Она была в темных очках. Мальчуган, стоявший по другую сторону машины, показался ей до черноты загорелым. Ему было года четыре или пять. Очень красивый – блондин с большими темными глазами, босиком, в эластичных синих трусиках в широкую красную полоску и красной рубашке-поло из эпонжа.

В одной руке он держал ломтик хлеба с маслом, в другой – миниатюрную колоду карт. Она вытерла щеки.

– Как тебя зовут?

– Дани.

– Хочешь сыграть в карты?

– А тебя как зовут?

– Титу, – ответил он.

– Где твоя мама?

Рукой с бутербродом он изобразил какой-то неопределенный жест.

– Там, на пляже. Пусти меня в свою машину.

Она открыла дверцу, отодвинулась, чтобы он мог сесть за руль. Это был очень степенный, серьезный молодой человек, который не очень-то любил отвечать на вопросы.

И все-таки ей удалось узнать, что у его отца голубая машина – с крышей, а что сам он нашел в воде морского ежа и посадил в банку. Он стал обучать ее невероятно сложной игре в карты: он сдает каждому по три карты, и выигрывает тот, у кого больше «людей». Они сыграли первую пробную партию, и он выиграл.

– Поняла? – спросил он.

– Кажется, да, – ответила она.

– А на что будем играть?

– А просто так нельзя?

– Просто так неинтересно.

– Ну, тогда предлагай. На что играем?

– Давай играть на твои очки, хорошо? А у меня ничего нет.

Он выдал Дани три карты, старательно выбрав их из колоды: две семерки и восьмерку. А себе взял трех королей. Она сказала, смотри-ка, как ты легко выиграл, теперь карты будет сдавать она. Сдала, но он все равно опять выиграл. Она сняла очки и надела на него, придерживая их за обе дужки, потому что они сваливались у него с носа. Он сказал, что он видит все какими-то кусочками, и так не интересно.

Тогда она дала ему взамен монетку в пятьдесят сантимов.

– Теперь давай ешь свой бутерброд.

Он откусил два раза, внимательно разглядывая ее. Потом сказал:

– А кто этот дядя у тебя в машине?

Она невольно оглянулась и посмотрела на заднее сиденье.

– Тут нет никакого дяди.

– А вот и есть, – сказал он, – там, куда кладут чемоданы. Ты сама прекрасно знаешь.

Она засмеялась, а сердце заколотилось.

– Какой дядя?

– Который спит.