В таком случае, как он сразу понял, кто вошел в его комнату?
— Почему ты пришла в мою спальню?
— Потому, что захотела.
Я прикусила губу и хотела еще что-то сказать, но голову пробило болью, из-за чего я поморщилась и потерла лоб ладонью. Дамиан мягко опрокинул меня на кровать и укутал в одеяло, после чего прижал к себе. Обнял со спины и я ощутила легкий поцелуй на макушке.
— Дамиан…
— Тише. Полежи так.
— Но я хотела сказать тебе кое-что.
— Успеешь. Сейчас отдыхай.
Я разомкнула губы, но, в итоге, ничего не сказала.
Голова очень сильно болела и, наверное, я действительно не была способна на нормальный разговор. Он подождет, а пока что и правда хотелось просто полежать.
Полная темнота комнаты и тишина, но именно благодаря ним заострялись и без того раскаленные чувства, давая мне возможность еще отчетливее ощутить Дамиана. Будучи в его объятиях, улыбнуться и уловить то, как головная боль постепенно отходила. Мне становилось лучше, а на душе легче.
***
Я не заметила того, как заснула, а, просыпаясь вновь ощутила объятия Дамиана.
Почему-то я была уверена в том, что он этой ночью не спал.
— Сколько сейчас времени? — сонно спросила.
— Восемь утра.
— Получается, я много проспала, — я расслабленно потянулась. Давно я не чувствовала себя настолько хорошо, но очень недовольно нахмурилась, когда парень отстранился от меня.
— Ты можешь еще отдыхать, но сегодня тебя обязательно должны осмотреть врачи.
— Зачем? Я чувствую себя превосходно, — я перевернулась на живот и посмотрела на Дамиана.
Это трудно описать, но утром он, как всегда, был особенно горяч. Только вставший с кровати и пижамные штаны низко сидящие на бедрах. Я на него такого могла бы смотреть целую вечность. — И, кстати, я вообще-то пришла к тебе, чтобы поговорить.
— Мы обязательно поговорим, Мила, но только после того, как ты полностью придешь в себя.
— Почему?
— Потому, что я хочу разговаривать именно с тобой.
— Считаешь, что еще не все воспоминания вернулись и некоторые из них могут опять повлиять на мои мысли?
Дамиан еле заметно кивнул и пошел в сторону ванной комнаты, а я перевернулась на спину и, закрыв глаза, задумалась.
Я была готова доказывать, что со мной уже все в порядке, но, с другой стороны, я так же не могла отрицать того, что Дамиан прав.
В конце концов, я даже во время перелета считала, что соображала правильно и ясно, а теперь осознавала насколько сильно тогда была потеряна.
Поэтому я не стала спорить.
