Дамир. Любой ценой

– Я не знал, что ты ждёшь меня. Дома, – его голос странно хрипит, мой, кстати, – тоже.

– У нас дома, – поправляю Давида.

Ухмыляется:

– Решила сделать мне сюрприз? Приятно.

– Нет, – отрицательно киваю головой. – Решила переехать… к тебе. Не прогонишь?

– Поругалась с мамой? – хмурит лоб.

– Нет. Просто больше не могу. Без тебя.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 25

Дина

Не по плану. Всё происходит не так, как я представляла.

Давид не прерывает поцелуй. Не разжимает объятия.

Отнюдь.

Подхватывает меня на руки, насаживает сверху себя. Целует, не останавливаясь. Руки скользят по спине, забираются под платье.

Трогает ягодицы. Не больно сжимает каждое полушарие, выдыхая в мой рот полустон. Идёт в спальню. Кладёт меня на кровать, как самое драгоценное сокровище, хрусталь. Боится уронить. Ложится рядом, опираясь на локоть. Отводит в сторону мои волосы и покрывает изгиб шеи поцелуями. Скользит снизу вверх, затрагивая мои чувствительные места.

Опускает бретельку платья, оголяя плечо.

Прикасается к коже губами. Волнительно. Нежно. Я еле сдерживаюсь, чтобы не обхватить его за плечи и не притянуть к себе.

Его поцелуи особенные. Неторопливые. Они дарят мне наслаждение, заставляя трепетать от желания и ждать продолжения. Но Давид не спешит. Задирает платье до поясницы. Ухмыляется, увидев, что я без нижнего белья.

Целует требовательнее. Обхватывает рукой затылок и притягивает к себе. Его язык жадный, горячий. Он выводит затейливые восьмёрки, скользит по губе.

Я дрожу.

Тянусь к рубашке. Расстегиваю каждую пуговицу, забираюсь в вырез. На широкой груди бугрятся мышцы. Трогаю каждую, вонзая в кожу ногти. Хочу сильнее, жёстче, чтобы снесло крышу, чтобы отключило сознание. Раствориться хочу в нём без остатка.

Давид разводит мои бёдра в стороны. Опускается на колени. Гладит щиколотку, смотря мне прямо в глаза. Его пальцы рисуют узоры, скользя вверх. Трогают колено, поднимаются выше и останавливаются на внутренней стороне бедра.

Я хочу его поцелуев.

Там… Хочу, чтобы горячий язык очертил контур горошины, коснулся складок, а потом проник внутрь. Знаю, он так может и у него это прекрасно получается.

Между ног становится мокро от одной только мысли, что сейчас произойдёт, но…

Не происходит!

Навязчивый стук в дверь, как ведро холодной воды на мою голову.

Мы останавливаемся. Замираем на месте, глядя друг другу в глаза.

Я тяжело дышу:

– Ты кого-нибудь ждёшь?

Давид грустно вздыхает. Отстраняется.