Тебя ведь так зовут? Когда я прятался в кустах на дюне, слышал, как тебя звал комитетчик. Тогда же узнал и про «Усадьбу». Ночью нанес визит, позаимствовал ключи от вашей тачки. А то ведь свою машину мне тоже пришлось спалить. Как там водолазы, все еще ищут мое тело на морском дне?
Дорин заржал, задрав лицо к потолку, потом схватился за шею, видимо от боли, посмотрел на пальцы. Из-под повязки сочилась кровь. Его физиономия исказилась, глаза остекленели. В руке, взметнувшейся ввысь, блеснул тонкий стальной клинок. Я узнала грозное оружие — морской кортик.
Дорин резко склонился надо мной. Острие клинка хищно рыскало в сантиметре над моим лицом.
— Ты такая же дрянь, как и они. Они тоже прыгали ко мне в машину. Рассчитывали на удовольствие или просили подвезти. Но наслаждения достоин только я! Я особенный! Им доставался удар током, потому что так предназначено природой. Самки существуют для самцов. Сильные получают все, а слабые живут, чтобы хорошо было сильным.
— Ты конченый урод. Тебя надо кастрировать, — брезгливо скривилась я и плюнула маньяку в лицо.
— Дрянь! — Он замахнулся кортиком.
Я ждала удара, как избавления. После предательства Коршунова жизнь потеряла для меня смысл. Коршунов врал мне с самого начала. Он посвящал меня в секреты и даже не взял подписку о неразглашении, потому что не собирался оставлять в живых. Он выжал мою память, попутно убеждая, что Коломиец друг. Он дергал за ниточки, и я, как безмозглая марионетка, покорно села в машину убийцы. Мне удалось вырваться, но для чего? Чтобы уйти от простого убийцы и оказаться в лапах изощренного маньяка.
Зачем мне жить? Я совершенно одна. Из-за роковой ошибки я не могу встретиться с сыном, а любимый человек оказался коварным предателем.
— Бей! — крикнула я. — Бей, сволочь!
По лицу Дорина пробежала судорога.
— Ты думаешь, я плохой? А ведь это я убил шпиона. Назаров хотел меня завербовать. Я согласился, но обманул его. Две пули в затылок — и шпиона нет. Я помог своей стране. Я всегда служил честно!
— Ты маньяк. Ты убийца и насильник.
"
"— А знаешь, чем я их насиловал? В последние годы я придумал новый способ. Вот, то длинное и твердое, что всегда готово к проникновению в женскую плоть.
С диким блеском в глазах он продемонстрировал обоюдоострое лезвие кортика и сместил его к моему пупку. Я почувствовала холодок внизу живота. Я с ужасом поняла, чем именно искромсано влагалище юной девушки на Куршской косе. Теперь подобная участь предназначена и мне.
Дорин обрадовался моему испугу.
