Даниил Галицкий

В шатре дотлевает костер, поодаль на соломе лежат четверо дозорных, укутавшись в кожухи. Теодосий подал знак и вбежал в шатер. Один из дозорных, услышав шелест, вскочил и, раскрыв от неожиданности рот, не мог произнести ни слова, а лишь толкнул соседей и схватил меч. Но было поздно. Теодосий с дружинниками набросились на часовых. Стычка была короткой. Передовой дозор был уничтожен. Одного часового удалось взять живым. Теодосий подбежал к Дмитрию. Теперь — дальше. Дмитрий послал вперед десять дружинников, умевших хорошо говорить по-венгерски.

Каждому был дан наказ — не удаляться от товарищей. В темноте мелькали огоньки костров. Но костры уже догорали, никто за ними не следил — все спали. Дружинники Дмитрия подбежали к костру и истошно закричали: «Русские, русские!» Венгры спросонья вскакивали и бежали, бросив оружие. В лагере поднялась суматоха, слышались крики: «Русские!» Лагерь стал похож на муравейник, потревоженный копьем прохожего. Дмитрий стоял в тени за костром, скрытый от вражеских глаз, и всматривался в темноту. Венгры не оказывали сопротивления. Напуганные криками своих же товарищей, они бежали на луг, думая, что русские вышли из крепости. Много венгров погибло; их воевода погиб в первой же схватке. Дмитрий видел, как дружинники скрещивали мечи с венграми. Звенело, скрежетало железо, стонали тяжело раненные, кричали бегущие. Когда лагерь опустел, Дмитрий велел отходить к крепости. Он приказал бросить добычу — мечи, копья, луки.

— Живее! Живее! — призывал Дмитрий.

 — Ты, Теодосий, был впереди, теперь пойдешь со своими людьми сзади — будешь охранять.

Отряд Дмитрия спешил к крепости, но враг и не думал его догореть. Венгерские воины, вырвавшиеся живыми, мчались все дальше и дальше от лагеря.

Смельчаков уже ждали. Снова бесшумно открылись ворота и поглотили дружинников. Даниил был поблизости — он не ложился спать, ожидая воинов. Он обнял Дмитрия.

— Ну, Дмитрий? Как? — нетерпеливо засыпал он тысяцкого вопросами.

— Как ты мыслил, так все и сбылося.

Теодосий — верный воин, храбрый и смышленый. Подкрадывался, как кошка, а бросался, как лев. Все сделано, как ты велел, княже. Наших только пять пали мертвыми в бою да ранено десять. И пленных мы привели.

Бояре собрались у Даниила. В углу сидел молчаливый Демьян. Что-то шептал на ухо Дмитрию вертлявый Филипп. Тихо разговаривали Глеб Васильевич и Мирослав. А у порога на скамье Микула и Кирилл.

Тяжела была осада, но галичане крепко сидели за крепостными стенами.