Даниил Галицкий

Но русские князья не возвратились, а пугливый Мстислав Киевский, поверив слову Субудая, решил прекратить сопротивление, велел отступить и бросить оружие.

И тут татары еще раз показали свое коварство. Как только обезоруженные русские воины отошли от табора, Субудай велел налететь на них. Татарская конница кинулась уничтожать обессиленных, безоружных воинов. Но и теперь русские не сдались — они срывали татар с коней, выхватывали у них сабли и умирали с оружием в руках. Трагически закончилась для русских битва на Калке.

Погибли все киевляне, окруженные в таборе. Двенадцать русских князей попали в руки озверевших врагов. Жестоко издевались над ними татарские воеводы и придумали чудовищную казнь — положили их под доски, а сами расположились сверху и пировали, пока не раздавили всех пленников.

Стон и плач стоял над Русской землей…

Оставшиеся в живых воины думали: «Чтобы бить такого врага, мало одной храбрости, нужно объединяться». Но князей и Калка ничему не научила.

Ночевали в маленьком оселище на берегу небольшой речки.

Даниил не хотел оставаться в хате, хотя его и просил о том хозяин-смерд. Неуютно было в доме; от раскаленной печи было душно; грязные дети ползали по глиняному полу, играли с теленком. Жена смерда возилась у печи; муж напугал ее известием о прибытии князя, и она торопливо готовила ужин — варила мясо.

Даниил, ничего не сказав, вышел во двор. На поляне виднелось несколько хат. Толпившиеся смерды с удивлением рассматривали дружину князя.

— Ночевать будем во дворе, — буркнул Даниил тысяцкому Дмитрию и велел набросать травы под клеть.

Дмитрий пошел к смерду, и тот помчался в лес за сеном.

Даниил молча сидел на колоде. С тех пор как вернулись с Калки, веселость покинула его, говорил он мало, и Дмитрий часто не знал, как подступиться к нему. Черные глаза Даниила глубоко запали, и было трудно поймать его взгляд. Он стал сердитым, вспыльчивым. Он и раньше был горячим, но быстро отходил. Теперь же в дружине его боялись. Редко когда делился он своими мыслями с боярами, стал замкнут.

И Анна уже не расспрашивала мужа, что с ним; ибо он только смотрел на нее ласково и просил: «Ни о чем не спрашивай, Анна». Даже свадьба брата Василька не развлекла его.

Смерд принес большую охапку сена, разостлал его и подошел к Дмитрию. Слуги отвязали от седел медвежьи шкуры и, накрыв ими сено, приготовили постель. Даниил пошел и молча лег, отказавшись от ужина. Дмитрий положил себе травы возле ложа Даниила и тоже лег спать.