Дар берегини

Свен знал Боголюба уже лет десять, но сейчас взглянул на него новыми глазами. Этот человек вознамерился стать мужем его сестры – юной девы, годной ему во внучки! Ей, светлой варяжской соколице, сделаться женой и служанкой этого древлянского старца, воплощавшего древний славянский уклад – неторопливый, замкнутый, неизменный в веках, будто гранитный валун в русле какой-то из древлянских рек. Поток времени омывает его день и ночь, но не оставляет никакого следа. Отдать ему Ельгу было так же немыслимо, как заставить птицу жить под водой.

Но как ему понять? Он ведь сроду не был в Киеве, а варягов видит, только когда они раз в год приезжают к нему за данью. Он знать не знает, какой жизнью они живут, во что верят и к чему стремятся. И цели у них совсем разные: если древляне желают, чтобы жизнь никогда не менялась и вечно текла, повторяясь, как оборот колеса на оси, по заветам дедов, то варяги, против того, стремятся к бесконечному расширению своего мира.

Окруженный кое-кем из ближайшей родни – здесь было несколько молодцев-сыновей, резвых дев и любопытных молодух, – с посохом в руке, Боголюб-Мал вышел из-за ворот и остановился, в удивлении взирая на Свена. Окинул взглядом отроков у того за спиной, видимо, отыскивая своих людей – Щура и других, но никого не нашел и удивился еще сильнее.

Однако он оценил яркий, нарядный вид Свена – дорогой цветной кафтан, а в особенности меч, знак высшей власти у русов. Боголюб невольно переменился в лице, и Свен понял его мысль. На миг в душе вспыхнуло торжество – Боголюб решил, что Свен приехал к нему как новый русский князь, за данью. Но торжество задавила горечь: это не так. Однако Свен сумел встать в глазах маличей на высшую ступень, и надо было постараться, чтобы не скатиться оттуда вниз.

– Будь жив, Боголюб! – Свен с достоинством поклонился, не сходя с седла. – Прости, что неждан явился, не упредил, да времени не было. Есть причина поспешать. Дело к тебе имеется.

Боголюб не сразу ответил. Взгляд его скользнул по всаднику и коню: князь прикидывал, понять ли ему как оскорбление то, что более юный начал с ним разговор, сидя верхом, в то время как вежество требует сперва сойти наземь."

"Однако кое-что возмещало Свену нехватку прожитых лет.