Дар берегини

Пусть все это знают.

Уведомить древлян об их будущем поражении было необходимо. Но Свен особенно заботился о том, чтобы более счастливый жребий Боголюба тоже стал в его родных краях известен. Иначе маличи, думая, что он разделил участь прочих пленников, могли бы осуществить то, о чем его предупреждал один из жителей меча. Пусть дух Боголюба оставался в теле и не нуждался в земляном доме, но Ружане, реши сородичи отправить ее в Навь вслед за мужем, это бы не помогло. А Свен уже знал – что будет самой желанной и дорогой для него добычей из всех богатств земли Деревской.

Глава 7"

"Шли последние седмицы перед солоноворотом, наползающая с вечера тьма казалась бесконечной. Последнюю ночь перед сражением киевское войско коротало в становище на Рупине, но его постройки были рассчитаны на дружину не более ста человек, а нынче Свен привел более двух тысяч. Поэтому в тепле, у очагов и печей, спали только Ингеровы холмоградские гриди, а киевская дружина Свена и черниговская – Вальдрика расположились в двух ближних весях, заняв избы, бани, хлева и овины.

Ополчение коротало ночь в поле.

От возбуждения Свену не спалось, и от самых сумерек он прохаживался по стану: сначала проверял, как люди устроены, достаточно ли запасли дров, как варят кашу, как расставлены дозоры. Останавливался у костров, разговаривал с ратниками, с любопытством и почтением косившимися на блестящую чищеным старым серебром рукоять его меча. Друг Воронов висел у Свена на боку под плащом, поверх кожуха, и, касаясь его, Свен ощущал легкую дрожь.

Десять пленников меча с нетерпением ждали начала битвы – ждали случая вновь окунуться в свою родную стихию, которая единственная и давала им настоящую жизнь. Даже спустя много веков после смерти. Казалось, прислушайся – и услышишь нетерпеливый вой.

Завтра выяснится, будет ли жить земля Русская – та, которую обустраивал старый Ельг. Будет ли она крепнуть и расширяться, чтобы грозить грекам и хазарам, или сгинет, не оставив памяти, рассыплется на осколки малых племен, что грызутся между собой за старшинством и все вместе платят дань какому-нибудь сильному царству.

Была Ельгова Русь – но сможет ли она жить без него? Создана ли она как прочный корабль, на котором одного кормчего сменяет другой, или вся она держалась на удаче одного Ельга и утонет без этой опоры?

Смогут ли они с Ингером и другими вождями – варяги, поляне, кияне, холмоградцы, черниговцы – все вместе заменить одного умершего исполина?

Ночь для Свена тянулась долго, но кончилась как-то вдруг.