Дар берсерка

Сможешь найти этот кнорр?

– Попробую, - шелестнул голос родителя. – Но там много заливов. Бывает, что корабли заходят починить днище или борт – и стоят подолгу…

– Значит, я проверю все эти бухты. И все эти корабли. – Харальд посмотрел на родителя. – Ты мне лишь укажи, куда плыть.

Тьма сгустилась, серый силуэт Мирового Змея почти растворился в ней. Поблескивали белки глаз – четыре белые крупинки на черном.

– И укажи, и ветер пошли, - просипел Ёрмунгард. - Почему люди говорят, что заводить сыновей – дело хорошее? Жди от меня вестей завтра, на закате.

Твои воины не наделают луж, если я вынырну возле драккаров?

– Им это пойдет на пользу, – буркнул Харальд. – Меньше будут лить сопли, если вдруг увидят кого-нибудь из Асгарда. До завтра.

Он взялся за весла. Из темноты донесся громкий всплеск – Ёрмунгард ушел под воду.

Драккары покидали фьорд, выстроившись цепью. На востоке, над неровной линией далеких гор уже вставало сoлнце. Ветер, дувший с севера, гнал по небу длинные острова из туч.

Между ними, то вспыхивая, то угасая, прорывалось рассветное сияние – все в мягких переливах рыжего и алого. Поблескивали на свету мокрые весла, взлетавшие над водами фьорда, бисерными нитями загорались на лопастях блики…

Неждана стояла на корме, у левого борта. В трех шагах от неё замер Сигурд. Помощник Свальда обеими руками вцепился в рукоять правила, нависшую над правым бортом. Поглядывал то на берег, то на нос драккара.

Α Неждана смотрела лишь на берег.

Эхом, отзвуком в уме проносились смутные мысли…

Сюда её привели рабыней – а на драккар она поднялась уже свободной. И горевала, и плакала тут. Но и улыбалась.

А радостей все же выпало больше, чем горестей. За каждую слезинку Йорингард заплатил ей сторицей. Свободой и поцелуями Свальда, правом стоять сейчас у борта, зная – не то что пальцем не трoнут, слишком долго смотреть в её сторону не рискнут…

Благодарствую, Йорингард, жарко подумала Неждана. Не стояла бы у всех на виду – поклонилась бы сейчас в пояс крепости, таявшей в дымке.

Хоть и ясно, что за все следует благодарить не место, а его хозяина, но…

Но не будь здесь Йорингарда, конунг Харальд не появился бы в этих краях. Не купил бы у Свенельда рабыню, не дал бы ей свободу. Жаль только, что самому Харальду и Забаве Твердятишне Йорингард счастья не принес.

А может, все ещё обернется к лучшему? Конунг – сын Ёрмунгарда, Мирoвого Змея, как его тут называют.