Дар

Витар, я всегда знал, что ты идиот, но не подозревал, что настолько. Ты и не подумал, как ей не по себе ехать в чужой мир, не зная как там ее примут. Не говорю уже об опасности заговора и ненаглядном родителе, которому я нынче не верю ни на йоту. Я притянул ее к себе на колени, заставив отложить яблоко, которое она все равно не ела."

"— Ты не должна переживать о них. Хотя уверен и мама и сестра тебе понравятся, как и ты им. Мир вардов — это мир мужчин, но я-то уже знаю, что ты не такая, как наши женщины.

Ведь тебе вряд ли захочется просто сидеть в замке ожидая меня, правда? — я улыбнулся и поцеловал ее мягко в губы. — Обещаю, что не позволю никому навязывать тебе наши порядки и уж тем более не дам в обиду. Ты моя, Илия и став Иссольской по закону вардов, ты на самом деле в первую очередь получишь не просто статус, а мою полную защиту, хотя она у тебя уже и так есть. Просто связь будет сильнее…Наши жены, даже совершая проступки не несут наказаний, это за них делают их мужчины. Таковы древние традиции. Мы отвечаем за вас и храним, как сокровища. Обидеть жену варда — подписать себе смертный приговор, конечно, если это не более сильный вард, а я сильнейший, — наверное прозвучало самодовольно, потому что девушка хмыкнула и подняла лицо, заглядывая в глаза.

— Витар, ответь мне на один вопрос, только честно, — я кивнул, но напрягся. — Скажи, в твоей стране и твоем доме, мы сможем попытаться стать счастливыми?

И что тут ответишь? Нет, любимая, я не знаю не одного места на этом континенте, где нас оставят в покое? Честность состоит в том, что если нам не удастся разобраться с врагами, рано или поздно они разберутся с нами.

Или бежать…А значит оставить семью в опасности, а этого я себе не прощу. Потому как не верю в разумность отца. А Рен один не справится. Но и Илию подставлять под удар я тоже не могу. Духи гор, вся гадость заключалась в том, что я просто не представлял, что случится дальше! И это убивало. Нет, вариантов море, только почти все либо плохо заканчивались для нас, либо вели к войне. Еще более длительной и кровавой.

— Я не знаю, как все будет, — ответил я честно, — Но, могу поклясться, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы у нас был шанс, Илия. И знай, что я вполне серьезно говорил, что больше тебя не отпущу. Так что смирись и терпи моё присутствие в своей жизни, радость моя. А вдруг понравится?

— Да мне уже, — она усмехнулась и потянулась за поцелуем.