И тут же оттуда раздался его вопль:
— Я так и знал! Шлюха! Муж за порог, а она уже с господами крутит! Прибью, змея подколодная!
Из свинарника показался Кутберт, за косу таща за собой жену, которая, в рубахе и нижней юбке, подоткнутой сбоку за пояс, и правда выглядела так, словно её из постели вытащили. Только нет там никакой постели, да и прилетели мы только что. И только такой безумец, как Кутберт, мог вообразить такую гадость.
В это время мужчина швырнул Базилду так, что она не удержалась на ногах и осела на землю, а потом замахнулся, но его рука была перехвачена очнувшимся Диэглейром — всё произошло так быстро, что поначалу он просто растерялся от такого глупого обвинения, но позволить ударить женщину, конечно, не мог.
— Я предупреждал, что женщин у нас бить нельзя! — прошипел Диэглейр, притягивая пасечника к себе. Я подошла уже так близко, что слышала каждое его слово. — Ты забыл, что с тобой будет, ударь ты её или девочек?
— Это моя жена, я могу с ней делать, что хочу! — продолжал ерепениться Кутберт.
Он что, сумасшедший? Да Диэглейр его на голову выше и намного сильнее!
— А это наша земля, и законы здесь тоже наши. — Дракон отшвырнул мужчину, и тот, чтобы не упасть, был вынужден отбежать на несколько шагов, удерживая равновесие. — Только посмей их тронуть — узнаешь, что произойдёт.
— Батя, не надо, — в дверном проёме появилась Аннис в такой же рубашке, что и на Санниве. — Мы постирались просто. Потому и одеты так. И я с мамой была. Не надо, ничего же не было.
Кутберт зло глянул на старшую дочь.
"
"— Ещё одна шлюха! Думаешь, я не знаю, как ты перед Тунором ноги раздвигала? Молись, чтобы в подоле не принести, а то утоплю байстрюка твоего, как кутёнка. А может, вы здесь на пару с мамашей своей, с этим, а?
Аннис вскрикнула, словно отец её ударил, и скрылась в свинарнике. Диэглейр не выдержал и, схватив мужчину за шиворот и за штаны, в три шага дошёл до берега и швырнул буяна в воду.
— Охолонись, безумец!
Речка здесь была спокойной и неглубокой, так что Кутберт вскоре встал на ноги, отплёвываясь, прошлёпал на другой берег и, погрозив в нашу сторону кулаком, скрылся в лесу.
— Мне жаль, — Диэглейр присел на корточки рядом с тихо плачущей женщиной, протянул руку, словно хотел успокоить, но та вздрогнула и втянула голову в плечи, и рука мужчины повисла в воздухе, так её и не коснувшись. Вздохнув, Диэглейр встал и взглянул на меня, стоящую неподалёку. — Посмотрите в узле. А я, пожалуй, потом дверцы сделаю. Тебя кто-нибудь заберёт попозже.
