Так, значит, ещё половину черничного пирога прибавить, это одна вторая, значит нужно
Довольно быстро расправившись с задачей, я получила удовлетворённый кивок от своего учителя, а потом лёгкий поцелуй от Фолинора, уже не учителя, на сегодня, во всяком случае.
Ты умница! похвалил он меня. Потом хитро прищурился. Как насчёт того, чтобы полетать?
Полетать? А как же поцелуи? Но раз Фолинор предлагает, да и летать я люблю, особенно с ним
Я согласна.
Тогда пошли. Не волнуйся за малышку, если проснётся, Керанир услышит и покачает.
Идём!
Мы летали не очень долго, сделали пару кругов над нашим посёлком, потом отлетели немного в сторону и опустились на срезанную верхушку той самой скалы, где Бекилор провёл обряд над Лани.
Это самая высокая скала на нашем острове, пояснил Фолинор. Отсюда открывается замечательный вид. Оглянись.
И я оглянулась. Прежде мне не доводилось видеть остров ночью, только скалу напротив и кусочек неба над ней, но я выглядывала из освещённой пещеры в темноту и мало что могла увидеть.
Здесь же ничего не мешало мне залюбоваться лугами, лесами и пашнями, залитыми светом чуть ущербной луны, а так же речкой, которая таинственно переливалась, неторопливо неся свои воды к океану. Я засмотрелась на эту красоту, когда на мои плечи легли большие тёплые ладони, прижав меня спиной к крепкому телу, а возле уха раздался шёпот, шевеля мои волосы дыханием.
Раньше я часто прилетал сюда такими вот лунными ночами, чтобы вспомнить, как красива наша земля, чтобы не забыть этого за каждодневными заботами.
Но в последнее время совсем забыл об этой своей привычке, а сегодня захотел разделить её с тобой.
Как красиво! так же, шёпотом, ответила я.
Ещё какое-то время мы так и стояли я, прижимаясь спиной с тёплой груди, спасаясь от пусть и совсем лёгкого, но всё же прохладного ветерка, и он придерживая меня за плечи, лишь легонько поглаживая их. Но в какой-то момент, я вдруг оказалась уже лицом к Фолинору, его руки крепче прижали меня к нему, а губы целовали моё лицо, спускаясь к губам, пока, наконец, не произошло то, о чём я мечтала весь день.
На этот раз поцелуй уже не был таким робким и исследующим, как вчера поначалу, губы мужчины сразу же смело и уверенно начали покусывать и посасывать мои, язык скользнул в приоткрывшийся рот и стал играть там моим языком.
Не знаю, сколько длился наш поцелуй, но когда мы, наконец, отстранились друг от друга, то оба тяжело дышали как от возбуждения, так и от нехватки воздуха.
