Те дни, когда я не навещала подруг, проходили привычно готовка, стирка, дети, корова, иногда купание в реке, уроки Урокам я старалась посвятить каждую свободную минуту, ведь Фолинор так радовался моим успехам, и было так приятно слышать от него: «Какая же ты умница, моя девочка!» Ради этих слов я готова была решать хоть по двадцать задач и писать по три диктанта подряд.
И Луччи с удовольствием мне в этом помогала. Ей огорчало то, что её детское тело мало на что годилось, даже обслужить себя она толком не могла, приходилось принимать мою помощь даже в таких простых вещах, как одеться, сесть на стул или взять что-то с полки, не говоря уж о купании.
А ей так хотелось быть полезной. Конечно, её советы мне очень помогали, но постепенно я освоилась на кухне, научилась готовить многие блюда, прежде мне незнакомые, и всё меньше нуждалась в её подсказках. А вот задачи проверять или диктовать мне это она могла делать хоть каждый день, в этом её помощь была неоценимой.
Она же сказала мне, что моя речь становится «правильной» так она это назвала, уже почти не отличалась от речи драконов, исчезал «деревенский выговор». Я этого не замечала, но ей верила.
И, конечно, были наши вечера с Фолинором на вершине скалы Солнца. Он рассказал, что став Старейшиной, часто проводил там свободное время. Остальные драконы не прилетали на эту скалу просто так, только во время ритуалов, поэтому Фолинор находил здесь уединение, которое иногда бывает так необходимо, ведь, хотя он и жил один, но в окружении множества семей, живущих по соседству, и кто угодно мог заглянуть в гости в любой момент.
Сейчас на острове было даже слишком много уединённых мест, вообще-то, все остальные посёлки стояли пустые, но Фолинору нравилось на скале Солнца, и он разделил это место со мной. Когда я поняла, что была единственной, кого он за почти двести лет, с тех пор, как стал Старейшиной, привёл сюда, я почувствовала себя особенной в его глазах.
Это было удивительно приятное чувство, ведь я никогда ещё ни для кого не была особенной, всегда лишь одной из многих. Ни для родителей, ни для братьев и сестёр, подруг, ухажёров ни для кого. Только для этого прекрасного золотого дракона.
Он тоже был для меня особенным. Я даже не знаю, когда именно полюбила его.
