Диэглейр прекрасно плотничал, даже придумал сделать петли для двери из кожи своего ремня. У драконов всё осталось по прежнему, они долго живут, вот и меняется у них всё медленно, а вот у людей всё не так.
Я не знаю, какие сейчас в ходу деньги, как нанять повозку, как разговаривать с представителями власти, если она там есть. Я безнадёжно устарел, как и мои знания о человеческом мире.
Я не устарела, но одна в городе точно бы пропала, утешающе похлопала я мужчину по руке. Пусть я из этого времени, но знаний о городе, наверное, ещё меньше, чем у вас.
Я и денег-то прежде в руках никогда не держала. Но с нами Фолинор, а он всё знает. Не пропадём.
Не пропадём, улыбнулся Диэглер, вставая. Пойду, подменю его, пусть поест.
День тянулся, как мне показалось, очень долго. Когда корабль нёс Диэглейр тогда да, быстро, ведь рядом с Фолинором время неслось с невероятной скоростью, и не важно, занимались ли мы любовью или просто прогуливались по палубе, глядя на волны или облака. Но когда его рядом не было было скучно.
Я не решалась надоедать Диэглейру разговорами, он в основном стоял на носу корабля, глядя вдаль, или сидел в своей каюте туда я тем более не совалась. Фолинор попросил меня не гулять по палубе без него, так что, мне оставалось только сидеть в каюте. Среди моих вещей нашлась книга, которую я не дочитала, а кто-то, мой муж или Луччи, положил её в корзину. Но она быстро закончилась, и всё оставшееся время мне оставалось лишь смотреть в окно или валяться на кровати. Я совершенно не умела бездельничать, оказалось, не так это и здорово, как казалось мне раньше.
Наконец, когда начало темнеть, корабль опустился на воду и уже больше не поднялся. Выглянув наружу, я увидела, что теперь над ним развёрнут парус, а вдали, на самом горизонте, что-то темнеет. Земля.
Ещё пару часов мы плыли к берегу, и к тому времени, как бросили якорь в гавани, стало совсем темно. Да, мы бросили якорь, для вида, корабль всё равно удерживала магия воды, но люди-то этого не знали, а нам нужно было создавать видимость нормальности, как объяснили мне мужчины.
Поужинав когда рядом Фолинор, греть еду на плите было уже не страшно, хотя корабль и слегка покачивался, но всё же не летел, я вышла на палубу и долго смотрела на город. Отсюда мало что было видно в свете луны и фонарей еще можно было различить силуэты кораблей, стоящих на рейде и у причала, и некоторые дома на пристани. Но дальше только темнота и огни. Но эти-то огни меня и завораживали.
