Но, видишь ли, Аэтель, чтобы поместить вещь в магический карман, о ней нужно помнить в момент обращения, а оно происходит одномоментно. Нужно успеть мысленно перечислить всё, что ты хочешь убрать. Именно этому мы учимся в детстве.
Нивена говорила, что одежду при обращении рвут только дети, вспомнила я наш давний разговор.
Дети просто забывают, улыбнулся Диэглейр. А у нас это всё отработано до автоматизма. Но мы стараемся одевать один и тот же набор вещей, потому что о чём-то дополнительном можем не вспомнить.
Но вы ходите в разном.
Рубаха она всегда рубаха, усмехнулся Диэглейр. И неважно, простая холщёвая или шёлковая с вышивкой. Мы просто мысленно проговариваем в голове «рубаха-брюки-обувь-ремень», это звучит не особо быстро, но мысленно нужны доли секунды. Если же на мне еще и сюртук про него я должен помнить сознательно, иначе от него останутся лохмотья.
Как всё сложно, вздохнула я. Раньше-то казалось, что просто раз, и одежда исчезла, раз и снова появилась. Сама. Оказалось нет, всё не так.
Вот почему мы не носим украшения, слишком сложно помнить ещё и о них, развёл руками Фолинор, потом взглянул на свой палец. Но про это кольцо я никогда не забуду."
"Какое-то время мы ехали молча, я, прижавшись к мужу, обдумывала всё, что только что узнала. Интересно, сколько еще я узнаю о драконах странного и удивительного? Казалось, что знаю всё а потом вдруг новая тайна всплывает.
Мимо окна повозки пробегали поля, деревья, пару раз вдали видела небольшие деревушки. Но ничего особо интересного, как в городе, я не видела, поэтому почти не смотрела в окно, пригревшись в объятиях Фолинора и почти задремав под мерное покачивание.
Но заметила, что повозка съехала с основного тракта и, подскакивая на неровной дороге, покатила в сторону виднеющейся вдали деревни, и тут уж дрёма с меня слетела. Я открыла маленькую дверцу в передней стенке через неё можно изнутри с извозчиком переговариваться, и, встав коленями на сиденье, стала смотреть, куда мы едем.
Нижнее Забродье, пояснил мне извозчик.
Приехали.
Деревня была больше нашей, и намного, а вот домишки выглядели беднее. Крыши соломенные, не из дранки, как у нас, стены небелёные, просто глиной обмазанные, заборы покосившиеся. Может, это просто на окраине так?
Возле одного из дворов на лавке сидел дед. Притормозив, извозчик окликнул его:
Старый, где тут дом шорника Оерика?
Да тама, дед махнул рукой в ту сторону, куда мы ехали.
Старый, да у вас вся деревня «тама», хмыкнул извозчик.
