Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

Рина намеренно громко разговаривает с Улькой на рынке о том, что Фридер жаловался, что дом “неправильный”, его плетения не встают, поэтому вот-вот на днях должны прийти супер-сложные защитные артефакты.

А как-то в окно лавки прилетает камень. Того, кто его кинул, конечно, поймать не успевают, но становится ясно: проверили, правда ли в лавку можно проникнуть.

Стекло Вард не вставляет специально. Прикрывает тканью, почти как я в первую ночь здесь, только аккуратнее, и к вечеру, когда уже на улице наступает непроглядная темнота, дом погружается в ожидание.

Я сижу, читаю драконьи истории, пытаясь отвлечь себя. Рина с Фридером болтают в гостиной и, кажется, до меня даже сейчас доносятся отголоски их жаркого спора. Вард… Он, как обычно, работает в своем кабинете.

Мне кажется, что даже без часов я чувствую, как перещелкиваются секунды. Одна за одной. В напряженном ожидании. Я бы даже, наверное, хотела, чтобы оно не оправдалось, но…

Как только часы бьют полночь, срабатывают сигнальные артефакты.

Глава 60

Я об этом узнаю скорее по тому, как поскрипывает дверь кабинета Варда, когда он выходит оттуда, а Рина закрывается там.

Она отвечает за сохранность всех документов и на всякий случай держит там защиту. Каждый звук отдается внутри неприятной вибрацией, а нервы натянуты, как струны.

Тем, кто проник, в соответствии с планом, дают фору ровно в минуту. Это для того, чтобы сделать вид, что их не заметили. А потом Фридер и Вард пересекают флигель и…

Честно говоря, я понятия не имею, что они там делают, потому что это, как они сказали, “решат на месте”.

Мне сложно представить, что их там может ждать. Конечно, я верю, что два сильных, опытных мужчины, один из которых маг, смогут справиться. Почти верю."

"И именно это “почти” и заставляет меня кусать губы до крови и метаться по комнате как загнанный зверь. Я физически ощущаю, как каждый шаг отдается гулким эхом тревоги.

Выходить мне запретили под угрозой запереть меня в комнате совсем. Но на душе неспокойно. Внутри что-то клокочет, ворчит и злится.

Даже как будто и не я, а… Моя вторая сущность? Я даже почти смирилась с тем, что у меня началось раздвоение личности.

“Не раздвоение это”, — звучит голос в голове.

Ага. Вот совсем не оно, и я не слышу ничего, мне просто чудится. Я останавливаюсь у камина и прислоняюсь к нему лбом, чувствуя прохладу внешней отделки из камня, пытаясь унять дрожь. Пальцы нервно комкают ткань платья. Внутренний диалог становится все более отчетливым, и это пугает еще больше.