Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

— Я… я не должен знать ее имени, Марика, — по лицу Варда пробегает тень.

— Если кто-то и должен знать, то только ты, — отвечаю я.

Он не говорит больше ничего, все видно по его глазам. Да, для дракона сказать имя второй ипостаси — это доверие, и только дракон по-настоящему может оценить мой поступок.

Вард медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе, спускаясь к подбородку, потом вдоль шеи ниже, еще ниже, задевая вершинку груди. Электрический разряд пронзает меня от макушки до кончиков пальцев ног.

Я вздрагиваю, и с губ срывается тихий, прерывистый стон, которого я сама не ожидала. Этот звук заставляет Варда усмехнуться, низко, глубоко, вибрирующе, и эта усмешка отзывается эхом где-то в самом низу моего живота.

Нет, чувства не новы для меня, как бы я ни хотела утверждать обратное. Но такая яркость, насыщенность ощущений — просто на грани — кажется невозможной.

Ладони Варда, шершавые и обжигающе горячие, скользят вниз по моим бокам, касаются ребер. Пальцы очерчивают линию бедер, и я замираю, дыхание застревает в горле.

Каждое прикосновение — это подтверждение того, что я боялась принять: это тело, я и даже Рея настолько остро откликается на Варда, потому что мы созданы для него.

Вард наклоняется, и его губы находят чувствительную впадинку у основания моей шеи. Горячее, влажное прикосновение его рта заставляет меня выгнуться навстречу, и я вцепляюсь пальцами в его волосы, запутываясь в упругих локонах. Дыхание Варда превращается в серию прерывистых вдохов, когда я, едва касаясь, провожу ладонью вниз по его спине, ныряя под пояс брюк.

Становится понятно, что и эта часть одежды стала лишней, мешающей. Вард тут же скидывает штаны, убирая последнюю преграду между нашими телами.

Он не исследует меня, он точно знает, где я больше всего жажду его прикосновений. Грудь, бедра, живот, снова грудь… Я теряюсь, не в силах понять, в какой момент времени и где ощущаю его ласки. Безумные, страстные, беспорядочные и такие упоительные поцелуи, от которых кружится голова.

Рука Варда скользит выше, по внутренней стороне бедра, пока его пальцы не находят ту самую точку, прикосновение к которой заставляет меня выгнуться в руках Роуварда в стремлении стать еще ближе к нему. Круги, легкое давление… И мир сужается только до этой кровати, то соприкосновения кожа к коже. Больше ничего нет, только мы.

— Марика… — шепчет Вард. — Посмотри на меня.

Я с трудом открываю веки и фокусирую взгляд.