Дарующий мир

Обнаружила я это уже после короткого душа и сначала ругалась на себя за нерасторопность и глупость, ибо после спальни надо было сразу же бежать на кухню, спасать корж. А потом незаметно для себя разревелась прямо на полу, сжимая прихватками горячий противень с почерневшей выпечкой. Истерика была беззвучной, и даже вполне контролируемой, но на самом деле я уже и не помнила, когда мне было настолько плохо. Слёзы лились по щекам, оплакивая испорченный торт, преданного мужа, который об этом ничего не знал, больно раннего парня и… запутавшуюся себя.

Часы на стене показывали половину первого ночи. Стрелки неумолимо бежали вперёд, отсчитывая ход времени. Был четверг. И два дня, как я не видела Дамира. А ещё мой день рождения, наступивший уже полчаса как.

Глава 19 (Дамир)

Происходящее наваливалось на меня неподъёмным грузом, заставляя чувствовать себя беспомощным и неожиданно... маленьким. Весь абсурд случившегося заключался в том, что мне нельзя было ничего делать. Вообще ничего и никак. Гордость и собственное нутро требовали бороться, а вот совесть и благоразумие заставляли держать себя в руках, плотно сжав кулаки.

Если бы это касалось только меня одного… я бы тогда из кожи вон вылез, но добился бы её, завоевал. Но на другой чаше весов стояли Катя и Ванька, и каждое моё движение невольно било по ним."

"Я так и не понял, чем закончилась их встреча с Леной. Катя вышла из кабинета непривычно молчаливая и слегка ошалелая, зато Иван был расслабленный и на редкость активный.

И, наверное, это вполне естественно, когда после посещения психолога испытываешь некий сумбур, что читался в Катиных глазах. Тогда я ещё был уверен, что поступаю правильно, что это было верным решением - упросить Кудякову пообщаться с матерью и сыном, да и свой разговор с Катей я тоже одобрил, даже несмотря на то, что обоим было нелегко.  Ощущения были такие, словно я сдирал с себя кожу, обнажая душу. Вера, уверенная, что я обычно скрываю свои истинные чувства от окружающих, могла мною вполне гордиться.

И да, это было правильно, признаться во всём и попытаться установить границы. Ведь как поступают цивилизованные люди? Выявляют проблему и договариваются. Вот только всё внутри меня начинало бунтовать, не соглашаясь принимать мою симпатию к Кате за проблему. Меня всегда учили, что любовь, если она настоящая, то это хорошо. Светлое чувство, несущее в мир тепло, свет и заботу. Моя любовь неведомым образом оказалось болезненной и неправильной.