Дарующий мир

Моя правда выглядела не очень лицеприятной и во многом я признавалась впервые даже себе, но рядом с Дамиром, под его боком, во мне росла уверенность, что я смогу со всем этим справиться, что я смогу идти дальше, сделав счастливой себя и Ваню.

А потом мы ужинали. Вернее ужинал Дамир, уминая мои тридцать три блюда, а я сидела рядом, обняв свои колени и улыбалась его излишнему усердию, с которым он хвалил мою обычную стряпню.

Спать легли в его спальне, после того, как в очередной раз перезаправили кровать.

Секса не было. Просто лежали рядом под одеялом и держались за руку, а я кляла себя за это, искренне сожалея о том, что лучше бы это было просто: потрахались и разошлись, удовлетворив физическое притяжение. Но по сути же выходило, что дело было не в похоти и не в плотских желаниях, а в том, что только он был способен в полной мере понять меня.

А потом было его:

-Кать, уходи от мужа. Бери Ваньку и переезжайте ко мне.

А я не смогла придумать ничего лучше, чем притвориться спящей, неслышно глотая свои немые слёзы.

Уходила ранним утром, тихо выскользнув из его постели. Бросила прощальный взгляд на своего прекрасного “Давида”, быстро оделась и выскочила в коридор."

"Такси подъехало почти сразу. Ехала, прижавшись к холодному стеклу щекой, и невесело рассуждала о том, что с Дамиром вчера поговорили обо всём, кроме того, как быть дальше. Но проблема в том, что никакого “дальше” у нас не было.

Возле дома долго искала в сумочке ключи от квартиры, под руку, как всегда, попадалось всё, что угодно, кроме того, что нужно.

А потом пальцы сами нащупали что-то, чего там быть не должно было. Тёмно-синяя бархатная коробочка. И как вспышка молнии в сознании. Дамир.

Глава 24

Открыть коробочку я отважилась только дома, и то только после того, как приняла душ, переоделась в джинсы и водолазку, замазала на лице и шее тональным кремом всё, что было можно и нельзя, сменила линзы на очки и запихала платье в стирку. Правда, при этом убеждала себя в том, что на самом деле оно не заслужило того, чтобы его сжигали или выкидывали, хотя очень уж хотелось.

Итак, коробочка. Пальцы порядком подрагивали, когда я ногтями цепляла тугую верхнюю часть. А открыв… истерично захохотала, до конца не понимая, чего хочу больше - плакать или смеяться. Чулок, который так и оставался у Дамира после всех моих злоключений с ногой, был свёрнут в форме розочки. Я ещё раз нервно хохотнула, чувствуя, как слёзы опять собираются на моих глазах.