Дарующий мир

- Тебе, видите ли, одиноко стало?

-Считай, что так… - отмахнулась от меня Катя, желая поскорее окончить весь этот разговор. - С жиру беситься начала, со скуки, с одиночества… Считай, как хочешь.

Она говорила монотонно и будто бы устало, явно уже не веря в возможность что-либо решить или исправить. Злило. Очень. Израненному самолюбию хотелось иного.

Катька была сегодня другой. Не было в ней той покладистой девочки, в которую я когда-то впервые влюбился. Но меня напрягало даже не отсутствие её покладистости и желания перечить.

Это лишь усилило тот ад, который закипал во мне. До меня наконец-то дошло: она не планировала что-то спасать или сохранять… Я сильно не задумывался о том, собираюсь ли её прощать. Но Катя была моей женой, провинившейся женой, и логично было бы ждать от неё, что она начнёт молить о прощении. Но ей, как всегда, было наплевать на логику. Ничерта она не собиралась извиняться, скорее даже наоборот, сама злилась и закипала, высвобождая из себя обиды, которые, должно быть, давно копила.

-Как ты могла?! - в конце концов обиженно выдал я. - Как ты могла?!

Катя лишь жалобно всхлипнула.

-Получается, что могла...

Пятница

Спать я лёг в гостиной на диване, хотя до ужаса хотелось уйти, громко хлопнув дверью. Но собственнические чувства вдруг взбунтовались. Испытывал необходимость сохранить иллюзию, что хоть что-то в этом доме ещё находится под моим контролем. Да и страшно было, что если я уйду, она тоже уйдёт… к нему.

Утром я проспал всё на свете. В квартире было тихо, а голова гудела. То ли от выпитого накануне, то ли… от всего остального.

Вчерашний вечер казался каким-то сюром. Я даже малодушно пытался убедить себя, что спать на диване мне пришлось из-за того, что я с алкоголем переборщил. Но нет, блядская память подсовывала обрывки случившегося разговора.

Кати с Ванькой уже не было. На кухонном столе услужливо ждал завтрак и записка, написанная Катиным почерком с завитушками: “Ушли.

"Я расхохотался. Если у меня ещё и оставались какие-то иллюзии, то сейчас они рассеялись окончательно. Она мне изменила. Она спала с этим мальчишкой… Моя жена посмела лечь в постель к другому мужику…

Гнев снова набирал обороты.

Тарелка с бутербродами полетела в стену, рассыпалась на осколки, содержимое же разлетелось по всей кухне, оставляя жирные следы. Вот так.