Дарующий мир

На тренировки Ваньку возил Слава, а я трусливо оправдывалась тем, что меня слишком долго не было в офисе, из-за чего накопилась уйма нерешённых вопросов, и именно поэтому мне приходилось задерживаться всю неделю до поздна. Муж недовольно скрипел зубами, но обязанности родителя выполнял исправно. Мнение Вани на сей счёт так и оставалось для меня загадкой. В конце недели мы уехали на дачу к родителям, и муж, понукаемый строгим взглядом своей матери, все выходные так или иначе крутился вокруг меня."

"Весь уикенд я боролась с внутренней паникой, стараясь не думать, что уже прошла целая неделя с тех пор… как я совершила свою самую страшную глупость в жизни.

И постоянное присутствие Славы рядом лишь усиливало мои душевные терзания. Я элементарно не узнавала себя. В моей системе представлений о том, что Катя Ларина способна вытворить в этой жизни такого, измена не то что находилась на последнем месте, она в принципе там не значилась. И да, можно было убеждать себя, что один поцелуй - это ещё не измена, но как таковой разницы я в своей голове не обнаруживала, потому что… потому что мне понравилось. Вот такие вот низкие и неправильные мысли. Мне так хотелось злиться на Дамира, за то что он к чёрту подорвал всё моё спокойствие, что подвёл к какой-то черте, которую я чуть не переступила… Я должна была злиться на Бероева, ведь он же обещал, что это только общение, что мы только знакомимся. Обещал и… обманул. Или это я сама нас обманула, всё время пытаясь установить границы между нами и тут же сама их нарушая. Я буквально испытывала внутреннюю необходимость гневаться на него одного, а получалось только на собственного мужа, за то, что какой-то мужчина, считайте парень, подумал, понимал о нашем сыне в разы больше, чем мы сами.

И это тоже будто бы ложилось на мои плечи, превращаясь в мою вину за то, что в нашей семье вдруг всё оказалось совсем не гладко.

Но самое страшное было в том, что мне казалось, что все мои мысли буквально написаны на моём лице и все обо всём знают. Периодически ловя на себе неясные взгляды свёкров, меня так и подмывало начать оправдываться и молить о прощении.

Но все молчали, по-своему интерпретируя мой кислый вид.

-Кать, давай уже мириться, а? - проговорил Слава мне в шею, подкравшись сзади и обняв за талию, когда я субботним вечером стояла на веранде, наблюдая за тем, как Ванька носился по аллее, увлечённый какими-то своими фантазиями.

Я лишь повела плечом, как если бы пыталась отогнать от себя ненужные мысли.